Монти приблизился к замершему Андрею Викторовичу и глянул в его полубезумные глаза:
— Еще раз повторяю: никто вам вреда не причинит. Переговорим, и вернетесь на свое законное место. Успокойтесь, ради бога…
— Отпусти! — осипшим голосом, с натугой пробормотал президент и в ту же секунду грохнулся на пол. Там, стоя на четвереньках, он ошалело замотал головой и стал так удивительно похож на крупного и брыластого сенбернара, что Монти, глядя на него, звонко рассмеялся.
В его голове прошелестел знакомый и, как показалось, слегка укоризненный голос:
— Ну что, поехали? Готовы?
— Да я-то готов, а вот он, — показал на президента Монти, — глаза-то у него, глянь, как кровью налились.
Как бы чего не случилось…
В голове Монти вновь возникло незабываемое чувство восприятия всего мира целиком — от спальни президента до своего убежища в горах! Он на долю секунды стал всеми этими городами, полями и людьми, что находились между точками переноса его тела. Незабываемое чувство!
Монти огляделся — он вновь был в своей горной, упрятанной в скалах уютной «квартире».
Господин Печкуренко полулежал в большущем кресле. Глаза президента были закрыты, лицо его покраснело, а глубокие впадинки от перенесенной в детстве оспы стали еще более заметными. Внезапно он открыл глаза и спросил:
— Где мы?
Монти, не говоря ни слова, махнул рукой, и дальняя стена вдруг заколебалась, стала мутной, а затем совсем исчезла. Образовалось большущее окно, в которое хлынул поток довольно яркого света.
— Гляньте!
Президент молча подошел и долго вглядывался в открывшийся пейзаж: покрытые сплошным лесным ковром заснеженные горы и скованную льдом реку в узкой долине, освещенную полуденным зимним солнцем.
— Это что?
— Это? Это Саяны, Сибирь…
— Так, значит, все-таки Москва… Кто же вы? Лично вы, а? После всего, что я видел… Какой-то волшебник? Или… как это — маг, да?
— Я — Наблюдатель. И пока это все, что могу вам сказать.
— И что вам, господин Наблюдатель, угодно? Кстати, не разодолжите ли мне какой-нибудь одежонки, а то как-то неудобно президенту в одних трусах вести переговоры.
Мы ведь не в Крыму на пляжике полеживаем. Если верить вам, мы находимся посреди заснеженной Сибири, так что…
И тут президент осекся, ибо все его тело покрыл толстый слой серого дыма или тумана, который в течение пары секунд уплотнился и превратился в некое подобие комбинезона из плотной, слегка поблескивающей ткани…
— Так подойдет? — с легкой усмешкой спросил Монти.
