Они стояли и молча смотрели все на ту же картину бесконечно ветвящейся Вселенной. Временами изо рта одного из Белых Старцев появлялся пар, и тогда другой вскидывал свой посох, делал резкий жест, и пар от дыхания исчезал. Наконец один из них шевельнулся и повернул голову к своему спутнику:
— Ну, и каково твое мнение?
— Мое мнение? Пока не знаю, точно не определился. Я только понял, что за всем этим стоит Герберт! Он по-прежнему изо всех сил рвется в Заповедник, несмотря на его клятвенные заверения Совету, что он больше не нарушит меморандум о стабильном и неприкосновенном статусе Заповедника.
— Да, а сейчас он это особенно ярко подтвердил своим истошным и очень эмоциональным эйдовоплем, когда впервые выявил прямого потомка Динозавра?
— С его стороны было опрометчиво так орать… Кстати, чувствуешь — прервал свою речь говоривший, — как наш новоявленный ищет дорогу сюда? Сейчас появится, — и оба Белых Старца замерли в ожидании.
— Думаешь, справится? Я первый раз едва не помер… Не знал, что здесь так плохо.
— Ха! — воскликнул второй. — Ты тогда был молод и много не знал… — В этот момент недалеко от них появилось существо, которое почти все люди назвали бы Сатаной, Чертом, Нечистой Силой, кстати, удивительно уместно смотревшееся на фоне окружающей бездонной тьмы — в отличие от двух собеседников. Окончательно сформировавшись, этот субъект вдруг захлопал по туловищу руками, явно замерзая, но один из старцев сделал небрежный жест, прибывший расслабился и только тогда увидел двоих в белых одеждах.
— Поздравляем тебя с переходом в новую ипостась! — сказал один из них, а другой добавил:
— Оставь надежду, всяк сюда входящий, — и улыбнулся.
— А вы кто? — растерянно, а потому чуточку агрессивно спросил хвостатый.
— Да так, прохожие. Остановились посмотреть на наш дом со стороны и увидели, как некто хвостатый рвется в высшие сферы. Ну, мы чуточку помогли ему, ибо самостоятельно так далеко он — то есть ты — не смог бы добраться! — ответил первый.
— Опыта не хватит, — добавил второй.
— А вы Боги? — спросил Хвостатый. — У вас одежды странные.
— Каждый одевается так, как привык в том мире, где постоянно живет. Мы, например, волхвы Древней Руси, и это наше одеяние, а вот кто ты, мил-человек, мы не спрашиваем, ибо и сами знаем, хоть ты и напялил чужие одежды.
— Я сейчас заменю… — начал было Хвостатый, но один из волхвов вскинул руку и густым басом прогудел:
— Только не здесь! Обличье здесь нельзя менять.
