Минут через десять пришел в себя Аскет и стал бурно выражать свое негодование мычанием — рот-то был заткнут! — и разнообразными выгибаниями тела.
— Ишь, тварь, ножонками засучил! Не нравится! А как нас пытал своими хлыстами, гад. Иди, столкни его под уступ — там снегу метров пять. Пусть охладится.
— Добрый ты, Текс, — ответил Кэп, пошел к извивающемуся Аскету и, взвалив его на плечо, подтащил к костру и бросил рядом:
— Погрейся, сволочь!
Но тот продолжал мычать, бешено вращая глазами.
— Ну-ка, пусть скажет, что хочет, — предложил Кэп и взялся за тряпку, плотно запечатавшую рот Аскета.
— Но если заорешь, — предостерег Кэп, — то… — и выдернул кляп.
Пленник долго откашливался, плевался и, наконец, кое-как отдышавшись, холодно спросил:
— Вы хоть знаете, куда мы попали?
— Конечно! В глубокие снега у подножия Второго Камня! И именно в нашу родную реальность, которую ты, гнида, хочешь уничтожить.
— Вот придурки так придурки! Я бы вам сказал в какую глубокую… вы попали…
— Слушай, Кэп, дай ему разочек по ушам! А то наглеет на глазах сучий потрох!
— Пусть говорит, а по ушам — никогда не поздно.
Продолжай, только спокойно и взвешенно, мы не барышни и от твоей ругани в обморок не упадем. Но если есть дело, если есть что сказать — говори спокойно. Итак…
Аскет исподлобья посмотрел на Текса с Кэпом и сказал:
— Дело в том, что мы падали к подножию Второго Камня атомного мира, а вот упали мы не в атомный мир и не в ваш — мы выпали в совсем другом мире. Цивилизация здесь и не техногенная, и не магическая — здесь их равная смесь.
— Ну и что? — не вытерпел Текс. — А потом, ты-то откуда это знаешь? Что, птички на лету нашептали?
Аскет скрипнул зубами, глубоко вдохнул, выдохнул и продолжил:
— Дело обстоит таким образом. Я плохой маг, я с трудом в своем мире освоил азы, но у меня есть сильная сторона — я хорошо вижу… ощущаю места пересечений реальностей, ну, или по-другому — дверей и окон, ведущих в другие реальности… Таких точек довольно много, и их частенько даже сильные маги не могут почуять, а я могу.
А еще я сразу могу определить степень «магичности», так сказать, каждого мира.
— Хорош хвастать!
— Это не хвастовство. Это констатация факта. Вы, должно быть, не знаете, но между мирами существуют еще и мелкие точки перехода. Они расположены в недоступных для человека местах, например высоко в воздухе…
— А зачем они там?
— А птицам, например, или зверькам малым, куда деваться, если глобальная катастрофа, к примеру?
— И что ты хочешь этим сказать?..
