Да уж, количество блюд на столе Крэйга просто зашкаливало. Я насчитала больше пятнадцати. Похоже, он решил брать состязание количеством. Хотя и качество этой стряпни могло быть довольно высоким.
Я слегка приуныла, понимая, что наши два блюда могут показаться слишком скромными на фоне этого изобилия, но потом вспомнила, что Петер де Фаль рекомендовал готовить два-три, не более.
Ага, значит Крэйг решил ослушаться. У меня от сердца мгновенно отлегло. Значит, он заработал себе не плюс, а минус! Вот глупец! Неужели не понимает, что послушание дороже любого шика?
Мы увидели свободный столик с прикрепленной к нему табличкой, где красовалась наша фамилия.
Я поняла, что он забронирован для нас намеренно: мы стояли где-то на четвертом месте от начала очереди.
Значит, Агния постаралась. Когда девушка увидела нас и приветливо помахала рукой, я помрачнела. Лео, словно телепат, почувствовал мои эмоции, даже не глядя, и поспешно схватил за руку.
- Я сегодня же с ней поговорю... – пообещал он. – Скажу мое решение окончательно…
Когда же я взглянула на Сабрину – тетю Агнии - то поняла, что этот разговор не будет легким.
Аристократка пялилась на наши сомкнутые руки и выглядела хмурой.
Ой!
***"
"Петер де Фаль с улыбкой огласил начало соревнований. Его речь текла воодушевленно, а он сам выглядел крайне довольным и доброжелательным. От жары плавились макушки, от витающего в воздухе нетерпения плавились мозги, а от надежды на приобретение богатства замирало сердце.
Я трепетала. Постаралась забыть и о Крэйге, и о тете Агнии.
Всё потом. Сейчас самое главное – победить!
Петер начал обход столов с самого крайнего неподалёку от нас. Рядом с ним семенил слуга, несший на блюде огромное множество ложек. Каждая ложка предназначалась отдельному блюду. Петер начал пробовать мясо, потом выпечку на первом столе. На лице не отразилось ни одной эмоции. Что ж, он весьма искусный судья. Именно так должна проводиться профессиональная оценка.
Перешел ко второму, потом к третьему…
Когда до нашего оставалось всего несколько шагом, сбоку послышался треск сучьев и непонятный шум.
Когда все головы повернулись туда, из кустов вылетел увесистый булыжник и с невероятной точностью влетел в наши блюда, буквально срезав с них верхушки и безобразно их испортив.
Я шокировано замерла, глядя на этот кошмар, а в голове забилась ошеломительная мысль: «Это не может происходить с нами! Не может!!!»
Но уничтожение наших конкурсных блюд стало реальностью.
