Решила его разыскать, размышляя, столкнусь ли я по дороге с Эвелин, потому что в записке не было указано время нашей встречи. С другой стороны, если я порядком упарюсь в своем наряде, а она так и не появится через полчаса, тогда мы перенесем наш разговор на более позднее время.
Да, когда спадет жара.
Неожиданно вдалеке, в фруктовом саду, промелькнуло что-то бело-голубое – кажется, в платье такого цвета и была одета Эвелин, когда встречала меня на крыльце. Решив, что именно там прогуливается моя не-мачеха, я свернула на дорожку, ведущую вдоль лабиринта.
Ну что же, выходило, для разговора Эвелин все-таки выбрала сад. Как по мне, это было даже к лучшему – не придется встречаться с любовницей Винсента без свидетелей, потому что на одной из параллельных дорожек я заметила пожилого садовника.
Он склонился над клумбой, разрыхляя землю.
Вскоре и Эвелин меня увидела, но навстречу не пошла. Остановилась, дожидаясь, когда я подойду к ней сама.
Мне показалось, что с ее стороны это было не слишком-то вежливым жестом, но я решила не брать в голову.
К тому же мне хотелось услышать то, что она знает о моей матери – из записки я поняла, что речь пойдет именно об этом.
Поэтому подошла. Собиралась улыбнуться, но передумала, наткнувшись на ее резкий взгляд.
Ну что же, Винсент ошибся – Эвелин нисколько не собиралась быть со мной милой. К тому же у меня появилась возможность получше ее рассмотреть.
Лицо у Эвелин оказалось узким, почти треугольным. Острый подбородок горделиво вздернут, верхняя губа презрительно подрагивала, обнажая острые зубки.
Маленькие глаза смотрели на меня настороженно, но в то же время высокомерно.
Если при первой нашей встрече она показалась мне вполне привлекательной, то сейчас наваждение спало. Эвелин куда больше походила даже не на змею, а на злобного хорька, так что я отбросила все мысли о содержательной беседе двух взрослых людей.
И еще меня не оставляло ощущение, что любовница отца могла задумать что-то не слишком хорошее, раз уж пригласила меня встретиться с ней наедине в саду.
С другой стороны – что именно могло мне угрожать, если в паре десятков метров желтел бок дома, в котором полным-полно слуг, и нас отлично видно из окон, а на соседней дорожке возился пожилой садовник?
Именно это я и собиралась выяснить.
– Итак, ты хотела меня видеть, – произнесла я, остановившись рядом с Эвелин.
– Я бы не отказалась не видеть тебя никогда, – отозвалась она, нисколько не скрывая своего отношения.
Ее слова прозвучали резко и грубо.
