Зато пятно на руке осталось, приняв форму четко очерченного круга, внутри которого появились непонятные завитушки.
Почесав руку, я принялась растерянно озираться. Интересно, как же это меня так угораздило… свернуть не туда, если я вообще никуда не сворачивала?! Куда пропали многоэтажки, и почему вместо них появились эти дома, а еще солнце, жарившее так, что я моментально вспотела?
Стянув старенькую ветровку и сунув ее в видавший виды рюкзак, я осталась в джинсах и в светлой футболке.
Внезапно на улице показался дворник в странной одежде – мне даже показалось, что вырядился он так, будто бы снимался в историческом кино.
На нем были широкие серые штаны, замызганная туника до колен, подпоясанная веревкой, и видавшие виды сапоги.
Дворник посмотрел на меня, хмуря брови, после чего как ни в чем не бывало принялся размахивать метлой. Тут на подоконник первого этажа через приоткрытое окно протиснулся рыжий упитанный кот.
Увидев его, признаюсь, я вздохнула с облегчением.
– А… А это кино здесь снимают? – спросила я то ли у кота, то ли у дворника, то ли у двоих одновременно.
Хотя, скорее всего, я спросила это у скрытых камер или спрятавшегося оператора, потому что в просвете между домами прогромыхала, подпрыгивая на ухабах, телега. Свернула за угол, а навстречу ей выехало несколько всадников.
Так и есть, это кино, успокоила я себе. Но надо же было так… гм… забрести прямиком в кадр!
– Простите! Наверное, я вам мешаю, – обратилась я к дворнику. – В общем-то, тогда я пойду!.
.
Мужчина взглянул на меня недовольно, хмуря брови. В глазах у него промелькнул интерес лишь тогда, когда его взгляд остановился на моей футболке. Он снова что-то пробормотал – мне послышалось: «Понаедут тут всякие!», – после чего, отвернувшись, опять принялся размахивать метлой.
И я подумала, что это все-таки Москва. И кино, наверное, тоже про Москву.
Правда, про другую эпоху.
Подхватив сумку, решила, что мне и в самом деле лучше пойти – вряд ли в джинсах и с вещами я вписывалась в историческую атмосферу этого фильма.
Зашагала дальше по улице, ожидая окрика режиссера или же его ассистентов, требовавших, чтобы я немедленно убиралась из кадра.
Но окрика не было, поэтому я шла и шла… куда-то.
Вспомнив о навигации, вытащила из кармана старенький телефон с потрескавшимся экраном. Но сеть почему-то не ловилась, так что о карте пришлось забыть.
– Да что же этого такое?! – выдохнула я расстроенно.
