– Что за глупости! – отозвалась Хейди, после чего протянула руку, увешанную тонкими золотыми украшениями, к блюду с хлебом.
Браслеты дружно звякнули, и один из них вспыхнул красным.
– Хейди, нет!.. Марша, стой! – воскликнула Брун, потому что я как раз подносила ко рту ложку с кашей.
– Что такое?! – нахмурилась я, а Хейди застыла с открытым ртом.
– Не смейте это есть! Не прикасайтесь к еде, она отравлена!
– Чья именно?! – растерялась я.
– Пока еще не знаю, – призналась Брун. – Но раз браслет Хейди зажегся, значит…
– Внутри него артефакт, – покрутив тонкую золотую полоску с красным камнем, пояснила принцесса.
– Простенькая вещь, зато реагирует на все известные в Альянсе яды. Родители прислали несколько таких браслетов вместе с вещами и заставили пообещать, что я всегда буду их носить. Они думают, здесь все только и мечтают, как меня отравить.
Произнеся это, Хейди уставилась на меня с открытым ртом.
– Погодите! – выдохнула она. – Неужели нас хотели отравить?! Зачем?! Кому это нужно?
– Вот сейчас и выясним! – изрек до сих пор молчавший Дейнис.
– Дай-ка мне браслет!
И уже очень скоро он определил, что отравлена была именно моя каша.
– Но почему именно Марша?! – шепотом спросила Хейди. – Да и как?!
– Не знаю, – пожала я плечами.
Хотя уже знала.
Группа поддержки Гордона Ларгета как раз сейчас направлялась к часовне, чтобы помолиться за наш с подругами провал. Но, решив не слишком-то надеяться на помощь Богов, они стали действовать еще и сами, почему-то подумав, что из нас троих Гордон выделяет именно меня.
– Рвотное зелье, – зачерпнув ложкой мою кашу, возвестил Дейнис.
– И много! – радостно подтвердили близнецы. – Мы никогда столько не кладем, сплошной перевод порошка, а его попробуй еще достань! Такое свалит с ног почти на сутки, а то и больше.
– Ясно! – пробормотала я, прикидывая, как именно это могло произойти.
Скорее всего, та, третья девица, подошедшая сбоку, пока я препиралась с ее подругами, подсыпала незаметно порошок. Ну что же, неплохо сработано – то-то они ушли сразу же, как только это провернули, а я осталась в полнейшем недоумении.
Впрочем, довольно скоро мы пришли к выводу, что доказать все равно ничего не получится, а обвинять их, основываясь на одних лишь подозрениях, было довольно глупо.
К тому же до экзаменов оставалось всего ничего – около сорока минут, – так что мы решили придерживаться нашего плана. Спокойно позавтракать, но впредь быть осторожными и проверять все, что было в наших тарелках или стаканах.
