Как меня – мой оргазм, внезапно обрушивающийся от его движений. Ладно, не так уж и внезапно, его, как всегда, предваряет и дрожь, и жар в позвоночнике, и покалывание в затылке, и даже ощущение горячих ступней. Но я так увлеклась любованием, что упускаю то самое мгновение зависания на грани, и наконец взрываюсь. На пару секунд я даже слепну, а в ушах слышно только шум крови, которая долбит в виски, пока все мое тело трясется.
Ваня еще нежно поглаживает меня, ловя пальцами пульсацию, а я задыхаюсь.
Если он такое творит руками, то что же он может своим членом? Моргаю, наводя резкость, и сталкиваюсь с его горящим взглядом. Ваня подносит руку ко рту и облизывает свои пальцы, глядя на меня. Это так чертовски порочно и горячо, что можно получить еще один оргазм.
– Ты красиво кончаешь, – произносит он севшим голосом, а потом… возвращает мои трусики на место и поправляет юбку.
Мои брови подскакивают вверх.
– Это все? – спрашиваю разочарованно. В принципе, мне жаловаться не на что, я получила свой оргазм, но он как будто неполноценный, я ведь на другое рассчитывала.
– Все, – спокойно отвечает Иван."
"Я сползаю со стола и хочу пойти на свое место, но Иван не выпускает меня. Откинувшись на спинку стула, он смотрит снизу вверх. Я вижу, что он возбужден, но при этом ничего не пытается с этим сделать. И это так странно. Неужели…
– Ты гей? – спрашиваю первое, что приходит в голову. Он качает головой, закусив нижнюю губу. В глазах бесята смешиваются со смешинками.
А потом до меня доходит, и я ахаю. – О, боже, ты импотент. В смысле, прости, это, наверное, жутко ранит. Просто не знаю, как мягче это произнести. В смысле, ты просто не можешь… – Я опускаю красноречивый взгляд на его пах, но черные джинсы и приглушенный свет мешают мне рассмотреть подробности.
Снова смотрю на Ванино лицо. Теперь в его взгляде нет улыбки, он хмурый и сосредоточенный.
– Ты не обижайся, – тараторю я. – У тебя искусные пальцы.
Что, в принципе, логично. Если мужчина не может… – Мне хочется треснуть себя по лбу, чтобы я наконец заткнулась, но после оргазма я в принципе не сильно адекватная, а тут еще такая шокирующая новость. – То есть, столько ведь альтернативных способов. Можно игрушки использовать или, как ты, пальцы. Можно еще язык…
– Замолчи, Ася, – тихо цедит он сквозь зубы.
– Но ты не переживай. Я никому не скажу, твоя тайна умрет вместе со мной.