— Ну за пару часов, наверное, а что?
— Так, чтобы совсем следа не осталось?
— Без следа за день.
Задумываюсь, барабаню пальцами по одеялу. Ну ладно, видимо, и правда быстрее восстанавливаются. Теперь я об этом аккуратно помолчу, а потом мы с одной надежной подругой из центра генетических исследований получим нобелевку.
— Разрешаю попить бульона. И не надейся, я тут буду стоять и прослежу, чтобы ты больше ничего не съел."
"— Ура! — Эцаган делает рукой какой-то жест, видимо означающий победу. Внезапно он хмурится.
— Ой, а можно вас попросить, пока Алтонгирела нет, посмотреть, что у меня там на лбу?
— Ты хочешь сам посмотреть или чтобы я посмотрела? — криво ухмыляюсь.
— Ну… я просто хочу знать, как буду выглядеть, до того, как он увидит…
Взгляд его становится весьма тоскливым. Ох уж мне эти эстеты.
— Эцаган, я думаю, уж раз он до сих пор сидит у твоей постели как пришитый…
— Да, я знаю, что он меня не бросит! — выпаливает Эцаган раздраженно. Видимо, я сегодня не первая явилась с умными мыслями. Или Алтонгирел его сам задолбал уверениями.
— Я просто хочу знать, что там.
Ладно, в конце концов, можно и показать. С такой-то регенерацией там уже должно быть нестрашно. Поливаю пластырь перекисью — этот, хирургический, от нее сразу теряет липкость. Собственно, все совсем здорово: на месте лазерного ранения еле заметная блестящая полоска, и больше ничего. Моя машинка да их регенерация — вот он, рецепт чуда.
Эцаган замечает мое обалделое выражение и кидается к зеркалу, которое, к счастью, просто по другую сторону кровати.
— Руками не трогай, — говорю.
Все-таки кожа нежная еще, не стоит. Вижу в зеркале счастливую физиономию пациента: вот она, вечная награда за труды. Впрочем, от денег я тоже не откажусь. Да ладно, едой и транспортировкой откупились.
И тут, конечно, для пущего драматического эффекта входит Алтонгирел с сервировочным столиком. Пока длится немая сцена, я успеваю откатить столик в сторону, чтобы не свалили, и выскочить из каюты в коридор. Общение пациента с семьей наблюдать не нанималась.
Стою, жду, пока наобщаются, чтобы проследить за кормлением. В конце коридора нарисовываются Азамат с Тирбишем. Заметив меня, ускоряют шаг.
— Что-то случилось? — спрашивает Азамат озабоченно.
— Да нет, просто жду, когда эти двое там внутри смогут воспринимать информацию.
Тирбиш осторожно заглядывает в щелку.
— Ух ты… у-у-ух ты…
— Что, уже секс? — спрашиваю настороженно. С этим пока все же лучше погодить.
— Не-эт, — хихикает, — но прикольно.
