Посередине зала, очевидно, кухня, распространяющая во все стороны здоровые запахи вкусной, сытной и разнообразной пищи. Там заправляет сурового вида тетка в три обхвата, а к ней иногда присоединяется снующая по залу официанточка в свободных штанах, тоже не дистрофичная, мягко говоря.
Сам зал представляет собой очень толстый ковер, по которому хаотически раскиданы подушки для сидения, а между ними с трудом втиснуты столики соответствующей высоты. Сейчас тут довольно людно, хотя и не аншлаг. Вокруг столиков поблескивают черные лоснящиеся муданжские затылки.
Посетители по большей части вальяжно раскинулись на подушках, попивая, пожевывая, покуривая и похохатывая. Действительно сидят и едят единицы. Удивительно, но при всем при этом совсем не душно, не то что у Старейшин.
Мы устраиваемся вокруг столика неподалеку от входа.
— Все-таки женщина готовит? — замечаю я. — Нарассказывали мне тут…
Азамат поднимает взгляд на кухарку.
— Сам удивляюсь, — кивает Тирбишу: — чего это она?
— Ее племянник Угуна нанял, — говорит Тирбиш с хитрой физиономией.
— Она вдова с Восточных островов. Всю жизнь хотела жить в столице, да муж на это заработать не успел. А тут Удан ей предложил халявное жилье да парнишке ее образование. Она же с годовалым осталась. Ну так она решила, что ради такого дела можно и поработать, пока на повара не скопит. Да и втянулась, сыну уже пятый год пошел, а она все здесь. Девчонок со своего острова притаскивает, а они там красивые такие… По паре месяцев поработают — и замуж.
— Это так Восточные острова вообще без женщин останутся, — усмехается Азамат.
Тут к нам подходит официантка, похожая на свежую булочку.
— Чего будет угодно? — спрашивает она, без тени стеснения рассматривая меня. То так голову повернет, то сяк.
Азамат открывает было рот, но Тирбиш вдруг перебивает и заказывает какое-то непроизносимое блюдо, которое, насколько я поняла, ему здесь особенно нравится. Он тут же извиняется перед Азаматом и поясняет:
— Бул-Ивсин потрясающе готовит… — тут он снова говорит то непроизносимое слово, — вам обязательно надо попробовать!
— Не уверен, что Лизе понравится, — качает головой Азамат, но сглатывает при этом очень выразительно.
— Да я не шибко голодная, — отмахиваюсь. — Не понравится — обойдусь, так что бери что хочешь.
Сдобная официантка приносит нам чаю, и Азамат, понюхав его, тут же зачем-то требует еще. Оказывается, обо мне печется: принесенный чай содержит в себе бараний жир и острые приправы и для меня совершенно несъедобен.
