Вот я и спрашиваю, в чем проблема?
Ну Виктор, ну обломщик, испортил мне всю обедню, психолог доморощенный.
Смысла отпираться я не видела, поэтому для более эффектного выступления прошла в центр комнаты, достала из-за спины плохо припрятанную скалку, которую и так уже все заметили, и пару раз стукнула ею по ладони.
– Хорошо, объясню, чем я недовольна, раз требуете, – тоном строгой учительницы, отчитывающей двоечников, протянула я. – Во-первых, вы, мальчики, поступили, как самые настоящие свинтусы, потому что не оставить хотя бы малюсенькую порцию ужина человеку, который его приготовил, иным словом не назовешь.
Все «мальчики» на новость о голодном поваре отреагировали примерно одинаково, все, как один, надели на лица виноватые маски и вжали голову в плечи, разница была лишь в степени раскаяния. Сильней всего угрызения совести мучили, естественно, добродушного Костяна. В его глазах читалось: «Мы налажали, и нет нам прощения». Аблов выдержал золотую середину, его глаза поведали мне мысль: «Да, нехорошо получилось, но не смертельно.
Холодильник заполнен продуктами, значит, все поправимо». Менее всех чувство стыда вполне ожидаемо испытывал Глеб, и то, что он хотя бы не злорадствовал – уже достижение.
– Во-вторых, честно признайтесь, вы специально довели кухню до состояния хаоса? Потому что нечаянно за полчаса так помещение не загадить.
– Это не мы, это он, – Костян встал с дивана и ткнул пальцем в щенка. – Когда Виктор Романович отвлекся на телефонный звонок, Тима стащил со стола его тарелку, а потом все, что не смог съесть, растаскал по полу кухни.
– Хорошо, тогда скажи мне, а шкафы, дверь холодильника и правую штору в жиру тоже испоганил Тимошка? Молоко тоже разлил он? Может быть, Тима поел, встал и ушел, за собой ничего не убрав? Если да, то объясни, как? – под конец тирады я разошлась и, можно сказать, уже кричала, при этом не забывая размахивать скалкой.
– Ну а в-третьих, что ты нам предъявишь? – закидывая одну ногу на другую, спросил Глеб.
– А все логично – кто испачкал, тому и убирать.
– Я считаю, что справедливо, – Костян уверенно шагнул в направлении выхода, но, почувствовав, что за ним никто не идет, затормозил и обернулся: – Глеб, ты со мной или как?
– Почему только Глеб? Начальника приглашай тоже. Виктор Романович, вы не хотите помочь подчиненным устранить бардак, который вы вместе устроили? – сверлю я Аблова взглядом. Если он не встанет и не пойдет, Глеб с места не сдвинется, в этом случае Костян тоже может взбрыкнуть.
