– И так нет, – расходуя последний запас кислорода, уже прокряхтела я.
– У вас с моим щенком схожий характер. В нем от силы два килограмма, а духу, храбрости и самомнения, если их взвесить, – на целый центнер, – сказал Аблов, разомкнул удушающие тиски и откинулся на подушку.
– Что и требовалась доказать, – с одышкой произнесла я, внимательно посмотрела на Аблова и неожиданно для самой себя посыпала откровениями: – Накануне побега я решила, что если вырвусь на волю, то чтобы у тебя была возможность вернуть племянника, в полицию сразу не пойду, а сейчас уже думаю, что вообще не стану на тебя заявлять.
Потому что…
– Ха-ха, тоже мне новости, – самым бессовестным образом оборвал меня Аблов, причем в самый разгар пламенной речи. – Я и без тебя знал, что в полицию вы с муженьком в любом случае не сунетесь. Вы же себе не враги. На вас, кроме серии похищений, три трупа висят, и это по самым скромным подсчетам.
Я поборола желание стукнуть Виктора по голове, чтобы выбить ту чушь, что поселилась в его черепушке, и решила действовать по-иному.
Для более комфортного общения присела и ровным спокойным голосом начала:
– Виктор, ты ошибаешься на наш счет. Мы со Стасом никогда ничем подобным не занимались. Понимаю, на слово ты мне не поверишь, но тем людям, которые проводили расследование для тебя, прикажи перепроверить свою работу. Я-то точно знаю, что они крепко и непростительно напортачили. Даже если ты мне ни капли не веришь, все равно прикажи, потому что от этого зависит жизнь ребенка, и сейчас она из-за ложных данных в еще большей опасности, чем раньше.
На этот раз Виктор меня не перебивал, слушал внимательно и даже в какой-то момент мне показалось, что я заставила его усомниться. Небольшая победа, но все-таки…"
"– Значит, продолжаешь упорствовать и говорить, что невиновна, – как-то устало резюмировал Виктор. – Твой муж тоже сначала выбрал подобную тактику, отпирался, делал вид, что не понимает, в чем дело, но как только увидел видео с женой в главной роли, сразу признался и пообещал вернуть мне племянника в целости и сохранности в обмен на твою неповрежденную и живую шкурку.
Я улыбнулась, вернее, оскалилась и осуждающе качнула головой.
– Ай-яй-яй, Виктор Романович, на пушку берешь. Думаешь, заявишь, что Стас сознался, и я тут же признаюсь? Но вот в чем проблема: я не ви-но-ва-та, как и мой муж! Он не мог пообещать вернуть Артема, потому что понятия не имеет, где мальчик.
Теперь уже Аблов скривился в усмешке.
– Ну ладно, давай послушаем интересную запись.
