– Чувствуешь себя виноватым, где же тогда твои извинения?
– Никогда не видел смысла в извинениях, это всего лишь пустые слова. Я же предлагаю в качестве компенсации реальную помощь.
Виктор, в отличие от меня, и выглядел и говорил трезво, хотя проглотил коньяка в несколько раз больше.
Подавшись чуть вперед, я поставила локоть на колено, а подбородок устроила на раскрытой ладони, иными словами – приготовилась внимательно слушать.
– Говори, мой похити… ой, благодетель, о какой помощи ты твердишь?
Конечно же, по мне невооруженным взглядом было заметно, что я попросту ерничаю, но Аблов предпочел этот факт не учитывать и на полном серьезе сказал:
– Мы со Стасом условились отпустить заложников одновременно.
То есть вы с Артемом пойдете навстречу друг другу. Ты намеренно замедлишь шаг, и, когда мой племянник окажется в безопасности, развернешься и вернешься ко мне. Стас не решится отбивать тебя силой. Побоится. Ведь в этом случае ты окажешься на линии огня и с большей долей вероятности пострадаешь.
Далее – дело техники и моя забота.
– Виктор, – устало протянула я и зачем-то икнула, – я бы очень хотела, чтобы ты сдержал обещание, данное Наде, но, увы, никакого обмена не состоится. Потому что ты заблуждаешься, Артема у Стаса нет."
"– Я и не рассчитывал, что ты сейчас согласишься. Но завтра, когда своими собственными глазами увидишь мужа рядом с Артемом, я надеюсь, ты одумаешься и примешь мое предложение. Или ты готова и дальше жить под одной крышей с мужем, у которого руки по локоть в крови?
Уверенный тон Аблова без намека на сомнения и весь его авторитетный вид заставили задуматься.
А что, если на самом деле Стас явится на встречу с Артемом? Как реагировать? Тут же откреститься от мужа? Ну уж нет!
– Даже если Стас вернет тебе племянника, в чем лично я сильно сомневаюсь, от мужа из-за данного факта я не отрекусь, – заявила я и машинально протянула Виктору руку с опустевшим бокалом, он в свою очередь так же на автомате подлил мне коньяка.
– Я не брошу и не уйду от человека, за которого вышла замуж и прожила с ним несколько счастливых лет, не дав ему возможности все объяснить и оправдаться.
Аблов не то что тяжело вздохнул, он, можно сказать, зарычал.
– Как?! Каким образом утырок заслужил такое безоговорочное доверие? – с неподдельным непониманием воскликнул Виктор и прожог таким взглядом, что казалось, он едва сдерживается, чтобы не схватить меня за плечи и как следует не встряхнуть.
