– Если ты ждешь, что я буду себя нахваливать, то это вряд ли. Скажу только, что у органов опеки ко мне претензий не найдется. Кроме отсутствия у меня жены и потенциальной матери ребенка претензий ко мне не было.
– У тебя ситуация проще, – вздохнула я, вспомнив Максимку. Даже аппетит пропал. – Ты не бросал своего ребенка, тебе про него просто не рассказали. Конечно, у них нет к тебе претензий. А вот отец моего племяша просто моральный урод! Сказал сестре, что ему ребенок не нужен и она тоже не нужна. Как такого вообще земля носит?
– Мало ли, какие были обстоятельства, – пожал плечами Довлатов, – только не подумай, что я его оправдываю, просто не знаю ситуации.
Со стороны всегда легко судить, но опыт работы меня научил так не делать.
– Не знаю, для меня там всё яснее ясного, – гнула я свою линию, – сестра у меня, конечно, не образец добродетели, но она хоть была какой-никакой матерью, она старалась. Как и ее муж. Нормальным был, пока окончательно не увяз в криминале. В общем… Короче, не всем дано быть хорошими родителями.
Говорить о недостатках сестры я не особо хотела, тема неприятная, да и постыдная. К тому же я не привыкла подпускать кого-то слишком близко. Сама удивлялась, что сейчас выдала оперу подробности о нашей семье. Я стеснялась ее будто бы. Сестра сбежала и бросила ребенка, ее муж – шестерка у бандитов. Чем тут гордиться? Сама я недалеко ушла. Бедная студентка с низкооплачиваемой работой, которая всеми силами пытается справиться с жизненными неурядицами.
– А у тебя что за обстоятельства? – спросила у Демида, когда совладала с эмоциями.
– У меня? – как-то странно ухмыльнулся он. – Да всё как обычно. Встречался с девушкой, вроде всё было серьезно, а девушка ушла к лучшему другу.
– И не сказала, что беременна от тебя? – ахнула я. – Да ты прям главный герой мыльной оперы.
– Вся наша жизнь – сплошная мыльная опера.
– Не ожидала, что ты расскажешь.
– Будет странно, если ты не будешь знать подробности моей бывшей личной жизни. Если кто спросит… Впрочем, я запрещаю тебе говорить о подобном с посторонними.
И о себе поменьше болтай.
– Запреты? – фыркнула я. – Еще не окольцевал меня, а уже приказы тут раздаешь?
– В семье допустимо иметь только одну бестолковую голову. Так что должен же я нивелировать всё на корню заранее.
Я не сразу поняла, что это было завуалированное оскорбление, а когда до меня дошло, было поздно. Официант принес заказ, так что разговор сошел на нет.
Глава 11
Демид
Вошел с утра на кухню, почесывая щетину.
