Надеюсь, лишние приключения вам ни к чему! — усмехнулся следователь.
Больной внимательно вглядывался в лицо старика. Вспомнил, сник. И сказал неуверенно:
— Теперь-то за что? Я нигде не замазан…
— Иди! Разберемся! — гаркнул Дегтярев.
— Ордер на арест? Нет его — не пойду! — уперся Колун.
— На собеседование ордеров не выдаем. Живо вперед! — рявкнул участковый.
— Сами не пойдете, охрана поможет, — улыбался Кравцов.
И, конвоируя вместе с тремя милиционерами фартовых в Поронайск, Дегтярев не переставал удивляться наблюдательности Кравцова, как быстро удалось ему определить и найти убийц.
Из рассказа следователя все получалось просто:
— Видите ли, беглецу Сове совсем не было смысла убивать милиционера. Личной неприязни не было. Этот сотрудник не участвовал в поимке беглецов. Вдобавок Сове проще было убить лесника, чем работника милиции, за которого и вышку получить можно. Сова не станет показывать на место проживания. Теперь он далеко отсюда. Ему не до сведения счетов с лесником.
Это он всегда успеет. А то, что сработали под его марку, было видно сразу. Убит рядом с пеньком. Значит, малорослым. Ерунда! Сова физически много слабее убитого. Имея орудием лишь заточенные спицы или даже дубину, он никогда не решился бы приблизиться к милиционеру. Он не смог бы, даже подпрыгнув, достать голову вашего работника. А удары были нанесены по голове. И не один. Значит, убивал тот, кто ростом не ниже, недюжинной силы.
— Это верно, — не мог не согласиться Дегтярев.
— Ваш сотрудник, заметь он Сову, не подпустил бы к себе на расстояние дубинки иль спицы. Обязательно выстрелил бы в него. Здесь же кобура не расстегнута. Значит, от убийцы плохого не ждал, знал его хорошо.
— Верно, — удивлялся участковый.
— Ну и немаловажное. Беглец не бросит папиросу выкуренной наполовину, их у него немного, да еще на виду. Даже зэки докуривают папиросы до мундштука. Тут же Колун с Цыганом следили за Николаем из-за кустов бузины. Я там почти пачку окурков собрал.
— Долго ждали, — невесело отозвался Дегтярев.
— Дело не во времени. Боялись они вашего работника, в успехе своем не были уверены."
"— Сильный был парень. Это верно. Но все ж как узнали, что именно они убили?
— Лет двадцать назад Колун проходил у меня по делу об убийстве. Тогда он не был основным исполнителем. Но кое-что мне в нем запомнилось. Вернее, в почерке. Человеку он перерезал горло. По идее, должна была пойти кровь.
