— Следователь предложил присесть.
Тесть смотрел на рюкзак, ожидая, когда следователь разрешит ему уйти. Но тот, видимо, не спешил.
— Я помогаю вам, — указал он на рюкзак, — а вы помогаете следствию. Что известно вам, негласному хозяину Трудового, об убийстве Тихона? За что была поставлена муха Никите и кем? — спросил следователь.
— Это что ж, условие? — не поверил в услышанное Тесть.
— В порядочность не играю. Цена слишком высока, — не сморгнул следователь.
— На фискала сфаловать решили? Так я же фартовый! — возмутился Тесть и отвернулся от рюкзака.
— Можете не говорить. — Следователь вызвал охрану и, указав на рюкзак, сказал: — Верните людям внизу. Скажете: отказался подследственный.
Солдат взял рюкзак, с трудом поднял его на плечо, пошел к двери, согнувшись.
— Значит, не поумнел. Придется в прежнюю камеру вернуть. Там-то гонор живо сгонят, — криво усмехнулся следователь и добавил: — Мне, Василий, давно все известно.
Ваш нынешний сосед сам рассказал. Вот протокол допроса, его чистосердечное признание.
Иначе как бы он в вашу камеру попал?
— Это его дело. Он мне не поделыцик. И колоться не обязан. Не мой кент. У него свой хозяин. Перед ним ответ держать станет. Я за свое — перед сходом.
— Теперь уж сходов не будет. Знают фартовые все. В Трудовое от нас пятеро законников ушли. Они все расскажут.
— Я и сам письмо послал им! Чего бояться? Легавые приморили. Сунули к лидерам. Все написал кентам без липы. Это мне отпустят, — ощерился Тесть."
"— Кого скрываете? Глобуса? Его нет в живых.
Вырви Глаз — безнадежен. Никого у вас нет. В Трудовом фартовые даже кличку вашу забудут. Подумайте хорошенько. За что держитесь? Возраст уже приличный. На шестой десяток пошло. Дело я могу закончить и без ваших признаний. Имеется много других доказательств покушения. И перед судом, сколько ни тяните, все равно встанете. Но и мера наказания, и режим зависят от того, как проявите себя на следствии.
— Мне уже терять нечего! — отмахнулся фартовый.
— Да как сказать… Вас фартовые Трудового целиком охарактеризовали.
Значит, в душе простились навсегда, — вздохнул следователь.
— Темнуха! Просчитались вы, гражданин следователь. Никто из кентов не станет ботать с вами…
— Ну а откуда мне известны подробности последней ночи Никиты, о походе фартовых с ним в тайгу?
— Последнее легавый рассказал. А что с фраером было — не знаю.
— Если без ведома бугра ставят на щеке метку, того хозяина фартовые в грош не ставят.
