Некоторые из них уже подходили к Дегтяреву с вопросами:
— За что страдают невиновные?
— Когда раздадите почту?
— Наказывайте фартовых, остальные ни при чем…
Продержав в напряжении всех, решил Дегтярев снять ограничения с работяг. Но только с них. Что же касалось фартовых, их рабочий день увеличился, а порция мяса в рационе сократилась вдвое. Работяги ожили. Фартовые притихли.
Взбешенные этим воры не раз высказывали свои претензии участковому. Но тот отвечал однозначно:
— Назовите, кто ставил муху.
— Не знаем, начальник.
Никто ничего не видел. Значит, виновных нет, — отвечали, ухмыляясь.
— Дело ваше, — зло кривил губы в ухмылке Дегтярев в лицо ворам и ждал…
Но вскоре, впотьмах, возвращаясь из столовой, услышал дыхание у плеча. Резко развернулся, сделал выпад первым. Знал по опыту: медлить в такой ситуации нельзя.
Топот убегающего, гулкий стук тела о стену дома. Участковый не дал убежать упавшему. Сдавил руку. Из нее выпала финка, тихо звенькнув на раскатанном льду.
Когда привел фартового в дежурку, милиционер приподнялся.
Но Дегтярев взглядом усадил его снова. И пока не нацепили наручники, не выпустил фартового из рук.
— Убить меня хотел, сволочь! — сказал Семен дежурившему и достал из кармана финку.
У милиционера глаза загорелись. Словно две молнии разразились. Не сдержался. Ударил в челюсть, сшиб с ног. И, надавив коленом в пах фартовому так, что все вороны улетели от крика вора, спросил леденящим душу голосом:
— Кто сфаловал тебя?
— Вырви Глаз! — не перенес боли фартовый.
— Кто муху ставил?
— Глобус! — орал вор, надрываясь.
— Зачем в тайгу с Никитой ходили? — воспользовался ситуацией Дегтярев.
— Мокрушников Тихона надыбать хотели!
— Кто с тобой сейчас был? — давил коленом в пах дежурный.
— Глобус.
— Что он тебе обещал?
— Проигрался я. На легавого!
— Падаль! — вдавил фартового в пол так, что кости затрещали.
— Не по закону! — орал вор. Но тут же почувствовал, что участковый сорвал с него дежурного.
Сжавшись в комок, фартовый катался от боли по полу.
— Жри землю, гад! Сейчас твоих кентов приведу! Чтоб скучно не было, — пообещал дежурный.
— Стемнил я! Липу пер! Не знаю ничего! — заорал условник.
— Напомнить? Иль сам? — встал перед ним дежурный.
— Попадешься нашим в лапы, с живого шкуру снимут, — пообещал фартовый.
— Вот как? — Дежурный заломил голову вора почти на спину, надавил где-то за ушами так, что условник потерял на время сознание от боли.
— Ты полегше, Олег. А то горя не оберешься.
