— Новости? Да мне их все вечером Ольга расскажет, — отмахнулся Горилла. Но участковый, хитро прищурясь, рассмеялся:
— Этого, кроме меня, пока никто не знает.
Скажи такое самому Дегтяреву, он тут же подошел бы послушать. А Горилла будто не расслышал. Глухим прикинулся.
— Сова на воле, — решил заинтриговать участковый.
Горилла на секунду замер. Дрожь пробежала меж плеч. В услышанное не поверилось.
«Сова давно на том свете гуляет. Кто б его из клетки выпустил? Из камеры смертников, как с погоста, слинять нельзя. Темнит легавый», — не поверил Горилла.
А участковому было до боли обидно. Все в селе ищут цо общения с ним, здороваются, уважают. Пусть не его
лично, положение участкового — хозяина села. И только этот презирает.
Дегтяреву хотелось, чтоб и Горилла признал его. Тогда и он, возможно, забыл бы прошлое Гориллы.
Не раз пытался вызвать его на общение. Не получалось. А тут и новости подходящие, и обстановка располагает к разговору. Никто не увидит, не подслушает. И Дегтярев повторил:
— Сова, говорю, на воле.
И Тесть вышел на свободу.
Горилла повернулся к участковому:
— А мне до фени, кто вышел. Я завязал с фартом.,
— Это я знаю. Вижу пока. Но они не завязали. Вот в чем беда."
"— Мне до того нет дела, ваши заботы расхлебывать. Да и ваши ли они? Все когда-то садятся, потом выходят. Мне то без понту.
— Отчего ж не спросишь, как жив остался Сова, почему раньше срока вышел Тесть? Ведь вместе были недавно. И кто его знает, чего от них теперь ждать? — нахмурился Дегтярев и продолжил, заметив, что Горилла отошел от куста: — Сова, того, свихнулся.
Передержали его в одиночке. Какой ни подлец, глухой изоляции не вынес. Поначалу ему голоса мерещиться стали. Убитых кентов. А когда общаться с ними стал, и вовсе чокнулся.
— Как это можно со жмурами ботать? То и впрямь — тем- нуха.
— Охрана в глазок чудное видела. Сова о том не знал.
— И что видела? — подошел Горилла.
— Как Сова разговаривал с Цыпой. Того точно в расход пустили. А они поделыциками были. И Цыпа велел Сове убить Трофимыча.
Нашего лесника. Ты его знаешь.
— А как малахольный Сова может размазать? Для него теперь всякий встречный — Трофимич.
— Вот и я этого боюсь, — признался участковый.
— Как же он на воле оказался?
— Его на обследование привезли. В психушку. Нельзя по закону ненормального расстреливать. А он на чердак забрался. И оттуда ночью спрыгнул. С четвертого этажа…
— И живой? — изумился Горилла.
— Трупа не нашли. Совы — тоже. А вот в заборе доска оказалась сорванной с гвоздя.
