Их мозги, запрограммированные на набор очень несложных функций, не выдержали даже отголоска смертоубийственной волны, предназначенной не для них…
Мощнейший ментальный посыл Фыфа был направлен в подземную лабораторию консервного завода, расположенного в полукилометре от места битвы. Он, словно невидимая стрела, легко преодолел расстояние до цели, прошел сквозь землю и бетон фундамента и вонзился точно в цель, которую шам своим ментальным взором видел замечательно…
Огромная куча разумной плоти вздрогнула, словно получив электрический разряд небывалой силы, – и заорала безумным, страшным голосом… который услышал только Фыф, ибо мощные бетонные перекрытия гасили любые звуки.
Но и они треснули в двух местах от звуковой волны небывалой силы… и рухнули вниз, погребя под собой чудовище, корчащееся от ужасной боли. А следом за перекрытием сложился внутрь и кирпичный завод, окончательно похоронив жуткого монстра, благодаря которому Чистогаловка приобрела свою мрачную, зловещую репутацию.
И следом за своим создателем стали прямо на глазах разваливаться Защитники. Их плоть, мгновенно размягчившись, потекла со скелетов, точно расплавленный пластилин. Да и сами кости стали ломаться и крошиться, превращаясь в пыль. Менее чем через минуту на тех местах, где только что находились ужасные монстры, пузырились грязные лужи из размягченной плоти…
А потом застонала Юки, с которой тоже стекало размягчившееся лишнее мясо и шея которой стремительно укорачивалась. Естественно, при трансформации вся ее одежда разорвалась в клочья, но отец девушки уже доставал из ее рюкзака новую: зная о побочных эффектах своей способности к изменению тела, Юки запасла не продукты и боеприпасы, а пару максимально облегченных тактических комбинезонов.
– Уходим, – коротко бросил Кречетов. – Нужно срочно выйти из зоны аномалии – не исключаю, что Зона быстро восстановит все, что нам удалось нейтрализовать. Помогите тем, кто не может идти.
…С этим разобрались быстро.
Данила взвалил на свои необъятные плечи так и не пришедшую в себя Рут.
Рудик подставил плечо Арине, которая очнулась, но сама не смогла встать от слабости.
Савельев помогал переодеться дочери, которую после двух трансформаций трясло, словно в лихорадке.
А к Фыфу, которого шатало, словно от сильного ветра, подошла киборг Настя и протянула руку:
– Не против?
Шам поднял единственный глаз на девушку, собираясь гордо отказаться… но почему-то не отказался.
