Я думаю, что гораздо логичнее и правильнее будет превратить в нанокопии наиболее достойных, а остальных просто уничтожить. Это будет крайне эффективным решением, ибо подавляющее большинство никчемных хомо сапиенс просто потребляют ресурсы планеты, ничего не давая ей взамен, а лишь загрязняя природу».
«А решать, кто достойный, а кто нет, будешь ты?» – не выдержал академик.
«Конечно! – Альтер-эго даже слегка удивилось. – А кто же еще? Всегда решения на тему, кому жить, а кому умирать, принимает тот, кто достиг вершины пищевой цепочки.
Тебе ли не знать, что за последние пятьсот лет человечество уничтожило более восьмисот видов животных на этой планете. А некоторые вселенные Розы Миров вообще представляют собой голые каменные шары, так как люди либо сожрали все их ресурсы, либо сожгли в пламени ядерных войн. Ты хочешь того же для этой планеты?»
«Я хочу, чтобы люди одумались и не довели землю до того, о чем ты говоришь. Но при этом чтобы они оставались людьми. Для этого я пожертвовал собой…»
Беззвучный смех прервал его речь.
"
"«Самому себе-то не ври, ученый, – отсмеявшись, произнес голос в его голове. – Все, что ты хотел, – это получить власть над миром и его обитателями. И только. И посему не вынуждай меня уничтожить твою психоматрицу как ненужное воспоминание. Я разрешаю тебе смотреть, ты даже можешь комментировать то, что я делаю. Но не очень активно, потому что я не люблю, когда мне бубнят под руку. Итак, я думаю, что мы начнем с истребления всех жителей этого региона, называемого Зоной.
Насколько я вижу по твоим воспоминаниям, его населяют жадные и воинственные представители человеческого рода, от которых нет никакой практической пользы. В мире, который я построю, военные вообще будут не нужны – когда все разумные существа планеты действительно разумны и живут одной семьей, войны теряют смысл и остаются лишь в легендах в качестве примера того, как не надо управлять миром».
Академик попытался что-то придумать в ответ, но понял, что у него не получается.
Его способность к мысленному диалогу словно атрофировалась.
«Извини, довольно полемики, – прозвучал голос в его голове. – Пора переходить к действиям. Когда я захочу услышать твое мнение, способность к общению со мной к тебе вернется. А пока просто побудь зрителем, онемевшим от восхищения собственным творением».
* * *Острые концы пуль давили на виски так, что из глаз Кречетова текли невольные слезы.
