— Смелая! — прошептал убийца, не шевельнувшись.
— Какая есть! — Арина медленно, очень медленно сокращала между ними расстояние. — Уж точно не такая мразь, как ты!
Ей нужно было подойти еще на метр, чтобы ее удар достиг цели. Но убийце тоже было об этом известно. В прорези маски блеснули зубы. Он улыбался.
— Не надо, детка, — ласковым шепотом попросил он, стоя неподвижно и не делая ни единой попытки удрать или напасть на нее. — На сегодня мне хватит. Ты будешь лишней. К тому же я не люблю таких смелых, как ты.
— А каких же ты любишь, урод?! — Арина отчетливо услышала скрежет своих зубов.
— Милых, податливых, безропотных. С ними хорошо и не хлопотно. — Кажется, он снова улыбался. — А с такими, как ты, одна морока, поверь. Таких, как ты, ни убедить, ни уговорить невозможно.
Господи! Он сейчас почти слово в слово повторил все сказанное Сашкой в сегодняшнем скандале! Непонятно почему, но она снова внимательно осмотрела голое тело убийцы.
Нет! С ума сошла, да? Это тело не ее мужа! И голос не его! Хотя понять, кому принадлежит этот сдавленный шепот, невозможно.
Мужской шепот почти не имеет оттенков. Это просто мужской шепот, и все!
— Зачем ты делаешь это с ними, сволочь? — она понемногу сокращала расстояние, концентрируясь на его руках, занятых тем, чтобы не уронить одежду. — Зачем ты убиваешь их?
— Это доставляет мне удовольствие, — просто ответил он и снова, кажется, улыбнулся. — А что доставляет удовольствие тебе, малышка? В чем ты находишь для себя невероятную радость? Работа? Дом? Семья?
Честно? Его вопрос застал ее врасплох.
Она не могла бы так вот с ходу ответить даже самой себе, что для нее в жизни истинная радость и удовольствие. Работа — она и есть работа. Это для нее всегда был способ зарабатывания денег. Какое может быть удовольствие в подъемах по будильнику, редких выходных, постоянных неоплачиваемых сверхурочных? Дом, семья? Последние года два ей порой возвращаться туда не хотелось. Сашка превратил это священное место в поле битвы, в ринг.
— Хочешь, я отвечу за тебя? — вкрадчиво поинтересовался убийца, и снова его зубы блеснули в прорези маски.
— Хочешь, скажу, что тебя делает счастливой?"
"— Отвали! — резко оборвала его Арина и еще сдвинулась сантиметров на десять, все так же прикрывая живот локтями, а лицо крепко сжатыми кулаками. — Одевайся, тварь, сейчас идем с тобой в полицию.
Он будто не слышал. Покачал головой и едва слышно рассмеялся.
— Ты, детка, любишь побеждать! В этом твое призвание.
