– Убиты…
Хамзат сделал три шага и замер.
– Нет… Не дойду… Ты беги. Я задержу их…
– Руку на плечо клади, – не слушая его, сказал Таймасхан. – Тут до кустов совсем ничего осталось. Бежим…
Хамзат не сумел отказаться. Стрелять по беглецам начали только тогда, когда они уже достигли кустов, за которыми начинался спуск к реке. Пули со свистом срезали несколько веток. Но, отпустив Хамзата, Таймасхан остановился и обернулся, посмотрел на верхние скалы. Там уже не стреляли…
* * *– Мне не уйти, – сказал Хамзат. – Догонят… Иди один…
Они остановились на берегу реки, когда уже миновали расположенное на другом берегу село.
И миновали два поворота русла, а потому были невидимы для преследователей, но и самих преследователей не видели и не знали, насколько им необходимо торопиться и можно ли останавливаться на краткосрочный отдых.
Таймасхан осмотрелся.
– Вдоль реки – догонят, – согласился он.
– Тебя не догонят. У тебя ноги быстрые. А я прикрою, как твой отец нас прикрывал…
– Отец когда-то говорил, что волки погибают в одиночестве, – заметил мальчишка.
– Попробуем реку перейти. Здесь единственное место, где это возможно.
– Течение сильное. Мне на ногах не устоять, – здраво оценил Хамзат свое состояние.
– На трех ногах устоим. Будем пробовать. Выше или ниже – не перейти, здесь – можно…
Мальчишка распоряжался, как эмир. Он умел принимать решения. Это, наверное, было у него в крови. И умел не отступать перед трудностями. Хамзат головой покачал, но отказаться от возможности остаться в живых не решился. А Таймасхан уже вошел в воду по колено.
Вода была ледяной, сразу стягивала мышцы еще не судорогой, но чем-то напоминающем судорогу. Но и это его не останавливало.
– А по тому берегу не догонят? – спросил Хамзат.
– В село пойдем. К фельдшеру… Скоро стемнеет… Он спрячет… И вылечит… Он друг отца…
– Идем, – решился Хамзат.
Течение не просто старалось с ног сбить, а не давало даже ногу прочно поставить. И потому переходили реку медленно, стараясь не оступиться на скользких донных камнях. Но уже ближе к другому берегу, где вода доставала почти до груди, течение все же сбило с ног не Хамзата, который с трудом ступал, а Таймасхана, который поскользнулся и занял неустойчивое положение, чтобы не упасть.
Хамзат один удержаться тоже не смог. Но, такое злобное, когда чувствует сопротивление, течение оказалось спасительным, когда отдаешься на его волю, и уже через пять секунд оно выбросило обоих беглецов на каменистый берег. Правда, Хамзат во время плавания потерял автомат.
