Сидевший в коляске — судя по знакам отличия и планшету на боку офицер — спросил:
— Откуда следуешь, товарищ?
— А вы кто будете? — задал я встречный вопрос, не забывая о бдительности.
Он внимательно оглядел меня. Видно, мой внешний вид с явными отметинами боя вызвал доверие, и он понимающе кивнул.
— Я ротный. Где-то здесь расположение артбатареи должно быть."
"— Вон там позиции, — махнул я рукой назад. — Километра через два, не заблудитесь — там два танка стоят и пушка. Тяжко хлопцам сейчас — немцы наседают, мало наших в строю осталось.
А на это не смотри, — я тронул рукой одежду, — по случаю здесь, потому и выхожу на сборный пункт.
— Ну, бывай.
Мотоциклист дал газу, и за ним устремилась вся колонна, обдав меня пылью и запахом бензина.
Я отправился дальше и, пройдя еще около часа, наткнулся на пост на дороге.
— Стоять! Кто такой?
— Свой, русский, из Орши иду.
— Документы.
— Нету, сгорели.
— Еще один погорелец.
Вдали с оставленных мною позиций артиллеристов послышались выстрелы пушек, а потом — частые разрывы снарядов.
Похоже, немцы накрыли позиции интенсивным огнем. Как там сержант? Уцелел ли?
За разрывами мы не услышали рева самолетных двигателей. Просто из-за леса, на малой высоте вынырнули две тени и пронеслись над нами. Самолеты выписали в небе полукруг и вернулись.
— Ложись! — заорал я и упал.
Один из самолетов сбросил бомбу. Она рванула метрах в пятидесяти от нас, взметнув комья земли и подняв пыль. Я откашлялся, осмотрелся. Самолетов видно не было.
Мы поднялись с земли.
— А где же старшина? — растерянно озирался боец.
Сбоку от дороги зияла воронка, а поодаль были видны разбросанные фрагменты тел.
— Накрылся твой старшина.
Боец явно растерялся. Понятное дело — рядовой, привык подчиняться приказам. А нет команды — и не знает, что дальше делать.
— Своих ищи — ну, в крайнем случае, на сборный пункт иди.
— Ага, ага, — закивал боец, — есть сборный пункт. Мы же туда задержанных отправляли. Ну там — отставших или уцелевших из разных частей.
— Далеко ли?
— Рядом, за тем пригорком деревня, в ней и сборный пункт.
— Тогда пошли.
Метров через триста, за поворотом дороги, мы наткнулись на брошенный прямо посреди дороги грузовичок. Дверцы распахнуты настежь, машина с виду цела.
— Эй, есть кто живой? — закричал я.
Неужели испугались самолетов да сбежали?
Я залез в кабину. Ключ зажигания в замке.
— Не балуй, чужая ведь машина. — Боец боязливо оглядывался по сторонам.
