«Зачем вам эти шапки русских czars? Зачем вам эти бриллианты-изумруды?! Можно подумать, там, в Кремле, будут бесплатно раздавать золотые chervonces!» – горячился он.
Но команда восстала: «Мы в России уже второй раз, а ничего, кроме аэродрома, не видели. Хоть по Москве пройдемся. На девушек посмотрим».
Компаньоны клятвенно пообещали вернуться поздним вечером и на следующее же утро приступить к прыжкам. А Джейк остался в Колосове и мучительно пытался придумать, чем бы ему заняться. Пойти в номер и наконец отоспаться? Позаботиться об организме? Сегодня с утра он чувствовал себя неважно.
В голове пошумливало. Или уж отложить сон до вечера, а пока погулять по аэродрому?
Джейк всем говорил, что ему сорок пять. На самом деле ему было пятьдесят восемь, а жене, оставшейся в Штатах, – наверно, все семьдесят. Во всяком случае, так она выглядела в сравнении со свеженькими российскими девочками. Джеральдина считала себя безраздельной хозяйкой их огромной виллы на окраине Кливленда, штат Огайо, и хозяйкой его, Джейка, судьбы и жизни.
Однако сам О'Гар думал иначе: невзирая на непомерные требования миссис О'Гар, он занимался тем, чем хотелось ему. И на работе, и тем паче в свободное время.
Ездил по свету, катался на горных лыжах, в одиночку ходил на яхте. В последние годы его потянуло в небо. Джейк получил лицензию пилота. Водил собственную «Сессну» в американском небе. Потом увлекся парашютными прыжками. Нашел единомышленников. Создал команду по групповой акробатике. И именно он придумал ездить тренироваться в дикую Россию, где прыжки были в три раза дешевле, чем в Америке.
Новые места, странные, но интересные люди, иные менталитет, пища, танцы, воздух, выпивка…
…Из столовой, ослепительно красивые в своих ярко-голубых комбинезонах, вышли девушки из женской четверки. Джейк тут же вскочил с лавочки, шагнул навстречу, заулыбался. Обратился к Кате с длинной английской фразой – ему нравилось, как изящно она переводит его слова.
– Что он говорит? – подозрительно спросила Настя.
– Богинями называет. Как это… богинями высоты, – перевела Катя.
– Ишь ты, прям поэт… А чего это он один?
– Щас, подожди, он как раз говорит… Его команда уехала в Москву на экскурсию, и он крайне одинок.
– Ну, пусть в казарму идет, водки выпьет, – посоветовала Маша.
На слове «водка» Джейк отрицательно завертел головой.
– Он приглашает нас к себе в комнату есть американские кексы, – сказала Катя.
– Ну вот еще, – отказалась Валентина. – Я прыгать хочу.
