– Это вряд ли, – опять снегом в лицо.
– Я, что, вам настолько не нравлюсь? – уже не выдерживаю.
Ей богу, с шестью женщинами было в разы проще говорить, чем с одним этим упертым инспектором. И как у него мозг работает?
– Все-таки плохая из вас ученица гадалки, – он еще и смеется надо мной, но затем резко становится пугающе мрачным. – Вы ведь до сих пор понятия не имеете, с кем говорите?
В этом Сурэл прав. Я знаю лишь то, что он инспектор, который печется о благосостоянии города и жителей. Даже меня, вроде как защищает, хотя с первого взгляда невзлюбил.
Интересно, у этой нелюбви есть еще причина, кроме репутации моей семьи?
– Так, может, вы мне расскажете, господин Сурэл. Слушать, как вы уже знаете, я отлично умею, – мило предлагаю ему.
– Не думаю, что вам понравится, – остается таким же холодным.
Но я сейчас не готова сдаваться.
– А вы попробуйте, вдруг, мы даже поладим, – предлагаю я, подхожу поближе и заглядываю в глаза, чтобы Сурэл увидел, как дружелюбно я настроена.
Заиметь среди клиентов самого грозного инспектора – да это же как джекпот сорвать!
– Леди Хельм… – голос инспектора срывается на хрип, а взгляд становится более пугающим.
– Прекратите это делать.
– Делать что? – не понимаю я. А затем замечаю, что его глаза только что будто бы изменились.
Или мне померещилось? Прищуриваюсь, пытаясь понять, то ли я дура, то ли его зрачки, в самом деле, пульсируют.
– Это… – рычит он, и лишь сейчас я понимаю, как близко подошла к мужчине.
Зато теперь я четко вижу, как пульсирует его зрачки.
Не показалось, черт возьми! Инстинкт самосохранения приводит в чувства. Я пячусь, но проваливаюсь каблуком в прохудившуюся доску.
Рефлексы у инспектора отменные. Он тут же ловит меня, да еще и притягивает себе, будто на инстинктах. Кажется, даже вдыхает мой запах, и его глаза… Черт возьми! Его зрачки становятся вертикальными! А в следующий миг жар его дыхания опаляет мои губы.
Паника бьет в голову, но тут же сменяется горьким вкусом разочарования, потому что инспектор резко отстраняется, да ещё и с таким видом, будто едва не совершил смертный грех.
– Вы полностью оправдываете свою фамилию, леди Хельм, любите играть с огнем. – заключает Сурэл и выходит, закрывая за собой дверь.
В комнате становится темно, а на душе обидно. Я ведь я просто подружиться хотела. Разве союзниками быть не лучше, чем враждовать?
Пока зажигаю свечи, немного остываю. Задумываюсь над тем, что он сказал. Неспроста ведь ляпнул. Значит, есть что-то еще, чего я не знаю.
