Забитые напрочь мышцы, не привыкшие к таким нагрузкам, сковали тела каменными тисками.
Как только мобики удалились на достаточное расстояние от спасительных окопов, по ним тут же вновь открыли огонь. Вражеские артиллеристы хладнокровно и методично расстреливали двигавшихся через поле российских военных. Корректируемая с помощью беспилотника стрельба позволяла класть снаряды с упреждением, то есть по ходу движения бегущих. Мобики даже в стороны не разбегались, памятуя о минах (может, мин на этом поле и не было вовсе, а может, они давно самоликвидировались, но проверять это никто не хотел).
Мобилизованные бежали вопреки здравому смыслу, выполняя приказ, который, по сути, им никто и не отдавал. Но надо отдать им должное: несмотря на гремящие вокруг разрывы мин и снарядов, своих раненых бойцы не бросали, а старательно волокли за собой. Как бы ни были страшны разрывы минометных мин, но бросить своего товарища умирать было намного страшнее.
Раненых с каждым шагом становилось все больше и больше, а живых и невредимых – все меньше и меньше.
До точки эвакуации добралось всего шесть человек; в течение часа доползли, доковыляли, добрели еще пятеро. После еще десятерых собрали ранеными по полю. Обещанные машины прибыли через шесть часов, а если учесть, что обстрел начался час назад, то получается, транспорт добирался до мобиков семь часов.
Из сорока человек, которые утром выдвинулись через поле в сторону опорного пункта, в живых остались двадцать семь человек, трое числились без вести пропавшими, остальные погибли.
Никто из них не только ни разу не выстрелил в сторону врага, но даже не понял, с какой стороны в них летят смертоносные вражеские «пряники».
Один из пропавших без вести мобиков объявился через три месяца в госпитале. Оказывается, он, будучи ранен и контужен, потерял ориентацию в пространстве и пополз не в ту сторону. Пополз прямо по «минному полю», на которое было строго-настрого запрещено заходить.
Надо отметить, что, несмотря на ранение обеих ног, парень проявил недюжинное мужество и выносливость. Двадцатитрехлетний уроженец Ярославля прополз семь километров за три дня, добравшись до дороги, на которой его подобрали проезжавшие мимо буряты из мотострелкового подразделения, прибывшего на войну из Забайкалья. Из-за потерянного времени и не снятого вовремя жгута ярославцу отрезали обе ноги.
