Ничего не попишешь.
То, что у него с Андреевой… тут явно дело не в природе. Но он только что намекнул, что для него семейная жизнь не чужда.
— Ты сказал, — копаюсь ложкой в десерте, — что женишься по каким-то там причинам. Наверное, дело в бизнесе.
— Вроде того.
— Неважно. Я о том, что… Почему ты раньше не женился? Неужто в твоих кругах не водится приличных девушек, женщин?
— Да как-то не встречал подходящей девушки, женщины, — отвечает Ярослав, немного нахмурившись. — В последние годы я был слишком занят.
— И теперь ты женишься.
Наверное, твоя родня счастлива. Они же думают, что все по-настоящему?
Ох, я со своими расспросами хожу по очень тонкому льду.
— Только мой отец знает правду. Ну и ты. А так, я уже получил массу негодований.
— Негодований?..
— Моя мать слишком подозрительна по своей природе.
— Ей не понравился твой выбор?
— Она с Полиной толком и не общалась. Сама Полина скептически ее к себе настроила своей излишней доброжелательностью.
Да кто бы сомневался. Только не все такие, как мой отец.
Его мать женщина, а не мужик. Тут другой подход нужен.
— Может, она на самом деле такая.
— Кто? Полина?.. — с усмешкой хмыкает Ковалев. — Да уж, она сама доброжелательность.
— Насмехаешься над девушкой, которая по-настоящему хочет стать твоей женой? Как-то это жестоко, — прищуриваюсь, но сама смеюсь в душе. Это такой кайф обсуждать с ним Андрееву. У меня не остается сомнений. Она разменная монета. Я, возможно, тоже. Но главное, что она не будет счастлива. Свое несчастье я как-нибудь переживу, а вот ее счастье — ни за что.
Скоро она узнает, каково это.
— Я не насмехаюсь. Просто Полина очень любит себя, ценит себя за свои таланты, и ей искренне верится, что она может одурачить каждого.
— Тебя она дурачит, по-твоему?
— Такие женщины не любят никого. Они вкладывают в себя и заботятся только о своих интересах. Я таких много повидал.
— Но выбрал в жены именно ее.
— Так получилось.
— Хороший выбор. Она правда очень красивая. Таких не каждый день на улицах нашего большого города увидишь.
— Да ты ей восхищаешься, я смотрю, — ухмыляется Ковалев. — Поверь, — уже говорит совершенно серьезно, — дело не в ее красоте. А в ее натуре. Что касательно красоты, то я нахожу для себя тебя более привлекательной.
Прозвучал комплимент, от которого у меня только что по позвоночнику пробежалась целая толпа мурашек, но виду я не подаю.
— Это потому что я моложе?
— Дело не в твоем возрасте, — заверяет он меня.
— Правда?
— У меня на этом нет пункта.
