Он потрогал свои волосы и решив, что они подождут до завтра, развернулся и направился к своей комнате. Было только шесть часов, но Ревиаль наплевал на все. Он снял обувь, скинул с себя футболку, расстегнул ремень на джинсах и позволил им самим упасть, перешагнул через них и рухнул на кровать. Через секунду парень уже храпел громче ракетного двигателя. Пусть это будет его уникальный способ отомстить соседу.
***– Быстрее! Еще!
Отис раскрыл глаза, как будто рядом взорвалась граната. Он дернулся так быстро, что упал с кровати, больно ударившись копчиком.
Парень застонал и посмотрел в окно. Глубокая ночь, будильника с его позиции видно не было. Ревиаль перевел взгляд на стену. Снова. Снова эти скрипы кровати, стоны и просьбы не останавливаться. Отис готов продать душу, чтобы это прекратилось. Неужели у всех такие тонкие стены? Может, ему стоит обить комнату пенопластом и картоном. Нет. Он лучше завернёт соседа в рулон картона и выбросит в контейнер вместе с его орущей девушкой. Поднявшись с пола, Отис отметил, что время всего лишь час ночи.
Его сосед начал сегодня раньше обычного.
– Что же ты так рано?! Почему не в три утра! – Отис ударил кулаком по стенке. Его лицо покраснело от гнева. – Дай мне привыкнуть хоть к одному твоему графику! Когда же закончатся эти ночные курсы конного спорта! Куда они все время тебя подгоняют?! – снова противный смешок. Отис готов проломить этот листок бумаги. – Смешно тебе, падла?!
Процесс за стеной даже остановился. Был слышен откровенный смех. Смех над Отисом.
Ревиаль покраснел и готов был извергать лаву, боль и страдания на людей. Выглядел он при этом комично. Растрёпанные черные, как смоль, волосы, боксеры с маленькими собачками и носки в цветочек. Вместо адского ротвейлера на кровати, поджав ноги, сидел злой пудель. Пока Отис придумывал, как же ему все-таки жить с таким недоразумением, это недоразумение снова начало заниматься сексом. Отис сузил глаза и решил выжидать. Пусть это продлится хоть до утра, он высидит момент, когда утехи прекратятся, и поговорит с мудаком.
По многочисленным исследованиям ни одна девушка не оставалась на ночь или на завтрак. Не хотелось Отису выяснять отношения при незнакомке. А то, что это новая пассия, сомнений не было.
– Я акула на охоте. Я акула в засаде, – шептал Отис.
Парень качался из стороны в сторону, выжидая. Он старался делать это не в такт стуку за стеной. Появлялось какое-то мерзкое ощущение присутствия, будто он вместе с ними в одной комнате.
