— Я останусь с тобой и буду биться за твою жизнь столько, сколько потребуется. А теперь отдыхай, береги силы. Мы посидим с тобой, обещаю.
Он еще раз сжал ее пальцы, потом закрыл глаза и лежал молча. Ночь тянулась бесконечно. Моргана еще несколько раз поила Арториуса снадобьем, молясь каждый раз, чтобы яд не причинил нового вреда. Время от времени к дверям подходили Даллан мак Далриада с Рионой, и Килин со слезами на глазах рассказывала им новости. Потом они уходили, а она оставалась с Морганой.
Мало кто в крепости уснул в эту ночь.
Люди жгли костры, и каждый час их обходили гонцы с новостями о самочувствии Арториуса. Собственно, одним из тех немногих, кто спал, был сам Арториус — он лежал так неподвижно, что казалось, почти не дышал. Болезненно-медленно, но пульс его становился все крепче и ровнее. Цвет лица тоже делался здоровее. К утру Моргана уже отбросила сомнения.
— Кризис миновал, — прошептала она, прижавшись к плечу Анцелотиса. — Он будет жить.
Весть эта мгновенно облетела всю крепость, разбитые у подножия холма лагеря бриттов и ирландцев, и везде ее встречали радостными криками.
Моргана отослала шатавшихся от усталости Медройта и Килин спать.
— Ты тоже едва на ногах держишься, Моргана, — прошептал Анцелотис, когда они ушли. — Тебе необходимо отдохнуть.
— Тогда принеси еще одну лежанку и поставь рядом с его кроватью. Я его не брошу. Даже на минуту.
Анцелотис замялся.
— Скажи мне правду, Моргана. Он выздоровеет?
Она встретилась с ним взглядом и прикусила губу.
"
"— Не знаю. Яд парализует, лишает мускулы силы. Потребуется время, возможно, много времени, чтобы восстановить его силы, чтобы научить его снова пользоваться этими поврежденными мускулами.
— Как долго? Как долго нам с тобой придется оставаться рядом с ним? Чтобы… чтобы защитить этих людей?
Она видела тревогу в его глазах и понимала, что это спрашивают и Анцелотис, и Стирлинг.
— Возможно, годы, — отвечала она по-английски. — Я… — Она неуверенно помолчала. — Боюсь, я плохо помню легенды Артуровского цикла, не говоря уже о реальной истории.
А вы сами помните, сколько лет должно пройти с этой битвы до последней, в которой его убьют?
— От Бэдон-Хилл до Камланна? — произнес он тоже по-английски. — Тридцать пять, возможно, сорок лет. И, Бренна, в ожидании Камланна бояться нам нужно не саксов. К поражению бриттов привела не только смерть их вождя. Должно быть еще извержение этого проклятого вулкана. Я вычитал это в газете, в поезде из Лондона.
