И еще мне представляется, что он намеревался одарить этой своей смертью все города в Британии и Ирландии, все крепости, все деревни и хутора, до которых он успел бы добраться, — и что его союзники-саксы поступили бы так же, используя это же его средство. Я обвиняю Лайлокена, саксонского шпиона и предателя, в заговоре с целью уничтожения народов Британии и Ирландии. Этот совет определит степень его вины и вынесет справедливый приговор.
Грязное лицо Лайлокена приобрело зеленоватый оттенок.
Он стоял на коленях, уставившись взглядом в пол, не в силах посмотреть в глаза тем, кого так чудовищно предал. О чем думал сейчас Седрик Беннинг, Стирлинг не имел ни малейшего представления — но твердо вознамерился узнать. Арториус тем временем начал перекличку присутствующих королей и представителей королевских родов. Представленными оказались практически все королевства Британии — даже Айнис-Уэйт, от которого присутствовала одинокая, но спокойная и уверенная принцесса Иона.
— Первым делом давайте решим судьбу пленных саксов. — Арториус махнул рукой, и в залу ввели саксонских королей и принцев — грязных, со связанными за спиной руками. — Эйлле и Кута Сассекские, Седрик и Креода Уэссекские, gewisse, изменники Британии, убийцы правивших родов тех королевств, которые они захватили. Что скажете вы, короли и королевы Британии, об их дальнейшей участи?"
"Дебаты были предельно короткими, приговоры — решительно суровыми.
Глядевшего прямо перед собой невидящими глазами, хранившего молчание Куту единогласно постановили обезглавить. Насчет Креоды мнения разделились: одни предлагали повесить его за шею, чтобы он висел, пока не умрет, другие — просто выжечь ему глаза и пустить побираться по дорогам до конца его дней. Вконец лишившийся духа принц пал на колени.
— Прошу вас… Я не убивал никого из тех несчастных в Пенрите, это все Кута — он и его…
Кадориус остановил его взмахом руки и испепеляющим взглядом.
— В моих глазах твое преступление стократ хуже, чем его, gewisse. Ты привел их к нам, захватив с собой в Рейгед. Ты пособничал им, ты добивался места в совете Рейгеда. Ты жалкая, бесхребетная, дрожащая тварь, недостойная ни сочувствия, ни жалости. Когда твои дружки учиняли резню в Пенрите, пошевелил ли ты рукой, дабы удержать их от убийства невинных младенцев?
Принц едва мог говорить — так сильно дрожали его губы.
