И добавляю от широты своей души ещё шесть тысяч двести пятьдесят баксов. Держите. Потратьте на свою красавицу."
"— Что вы говорите, что вы говорите… — рассеянно басит Мартик, быстро забирая из моих рук пачку. — Что вы такое говорите, Егор…
Руфочка смотрит совершенно влюблённо, а матушка её только глазами хлопает. Должно быть в силу композиторской привычки, она сразу переводит мои слова в музыку высших сфер.
— Так что там с пропиской, Март Вольфович? Идём сегодня?
— Да-да-да! — с энтузиазмом подтверждает он.
— Обязательно, обязательно. Можно я вас обниму?
Он подходит ко мне и крепко прижимает к себе. Роста он не высокого, поэтому голова его оказывается на моём плече. Он затихает и внезапно начинает содрогаться от рыданий. Неожиданно… И что с ним делать…
Тётя Роза продолжает хлопать длинными ресницами, а Руфь расплывается в улыбке. Наконец, всласть наревевшись, отец семейства выпускает меня из плена и, качая головой, вытирает щёки толстыми пальцами.
— Всё-таки вы еврей, Егор и не отпирайтесь. Если понадобится вызов, обязательно дайте мне знать. Я вам сразу напишу, как только мы устроимся.
— И я напишу, — обещает Руфочка.
Трогательно как.
— Март Вольфович, — понижаю я голос. — А как вы повезёте своё богатство? Нельзя же, насколько мне известно… Впрочем, не отвечайте. Простите, не говорите. Ваши секреты пусть остаются с вами.
— Егор, теперь у меня нет от вас никаких секретов, — он тоже понижает голос и украдкой бросает взгляд на своих девочек.
— Частично в Розе… А что не войдёт… замурую в картины. Я уже получил в Минкульте справки на два полотна с абстрактной мазнёй, что они не представляют художественной ценности. Толщина красочного слоя там не указана, так что… Ну, вы меня понимаете…
Он смотрит на меня настороженно и кажется уже жалеет, что всё мне растрепал.
— Не беспокойтесь, я никому не расскажу, — киваю я. — Вы очень мудрый человек, Март Вольфович. Желаю вам успехов на новом месте.
Будьте бдительны и никому не доверяйте. И до отъезда больше никого не впускайте в дом. Уверен, ваш талант расцветёт за океаном новыми буквально красками, пардон за каламбур. Я позвоню вам часов в десять по поводу прописки и остальных бумажек. Вы, пожалуйста, сходите к председателю за печатью. А сейчас, с вашего позволения, я откланяюсь. Дамы…
Март и Руфочка идут провожать меня в прихожую.
— Погодите! — вдруг оживляется Мартик.