– Твоя сплит-система отлично справляется со своей задачей.
Макар улыбнулся и начал есть. Скажи мне кто-нибудь еще пару недель назад, что я буду готовить для мужчины лазанью, я бы рассмеялась этому человеку в лицо. Готовка и я редко пересекались в пространстве, у меня не было для этого ни времени, ни желания, а уж о том, чтобы готовить для кого-то и речи не шло. Но прямо сейчас я пыталась убедить себя, что сегодняшнее блюдо случилось только от скуки, а не от желания накормить Макара.
– О чем задумалась, красавица?
– О том, что я засиделась дома, а в офисе куча дел, которые требуют моего внимания.
Макар взял бутылку вина и наполнил мой опустевший бокал.
– Приготовишь для меня еще что-нибудь? Твоя лазанья вкуснее, чем в ресторане.
Я понимала, что он делает, но у него не получится переключить мое внимание с этой темы. Моя нога пусть и не до конца, но уже пришла в норму. Я вполне могу выйти в офис.
– Макар, я хочу на работу. Ты не можешь меня запереть дома.
– Хочешь проверить? – Он бросил на меня взгляд и отставил бутылку.
Я сложила руки на груди, метая в этого упрямого болвана молнии, а он спокойно продолжил есть, не обращая на мои злые взгляды никакого внимания. И этим меня раздражал. Я чувствовала собственное бессилие в споре с ним.
– Спасибо, малыш. Было очень вкусно. – Он поцеловал меня в макушку. – Я в душ.
Мне хотелось бросить ему в спину кулинарную лопатку, но когда я до нее дотянулась, он уже скрылся в ванной. Взяв бокал, я устроилась на диване в гостиной, бесцельно переключая каналы на телевизоре.
Постепенно мое раздражение угасло, и я снова расслабилась.
Через некоторое время появился Макар и, сев рядом, притянул меня в свои объятия. На нем были только черные спортивные штаны.
– Когда ты отпустишь меня на работу? – Я уткнулась щекой в его голую грудь.
Макар забрал у меня бокал и одним глотком допил остатки вина.
– Когда ты полностью восстановишься.
– Я уже восстановилась.
– Ты еще хромаешь.
– Это не помешает мне сидеть на стуле в своем кабинете.
– Не убедила.
Его невозможно переспорить.
Я никогда за словом в карман не лезла, но против Макара была бессильна, все мои доводы разбивались на раз-два без малейших усилий.
– Я уже жалею, что переехала к тебе.
– Не ври.
– Да я вполне искренна сейчас. Жила себе горя не знала, была хозяйкой собственной жизни, а теперь из дома выйти не могу без твоего разрешения. Определенно есть о чем пожалеть.
– Если не удержать твою неугомонную задницу на месте, твоя нога будет заживать в разы дольше.
