– Подперев щеку рукой, я смотрела на девушку, которая в данную минуту раздевалась на сцене, соблазнительно изгибаясь вокруг шеста.
Возможно, я выбрала не самое подходящее место для встречи, но точно самое нестандартное. Субботним вечером народу здесь было довольно много и, несмотря на полуголую девицу у шеста, я собирала не меньше заинтересованных мужских взглядов.
– Как скажешь, – усмехнулся Макар. – Правда, вряд ли нас здесь прилично накормят.
– Тебе лишь бы пожрать. Сегодня у нас пища духовная.
Духовная пища продолжала извиваться на сцене уже в одних трусах.
Хотя назвать трусами этот микроскопический треугольник можно было с большим допущением.
– Красивые у нее сиськи, – смотрела я на девушку, продолжая подпирать щеку ладонью. – Вроде бы натуральные.
– Твои куда лучше.
Я закатила глаза.
– Ты говоришь очевидные вещи.
– Я говорю правду.
– Ты такой скучный.
– Потому что считаю твои сиськи лучшими? – Улыбнулся Макар.
– В целом.
– Ты лукавишь, Кира. Уж что-что, а скучно тебе со мной не было ни разу.
– Болван. – Махнув на него рукой, я снова посмотрела на сцену, где девушка уже полировала шест промежностью. Вот это гибкость.
– Я хочу, чтобы ты называла меня «Хозяин», – обжег он мое ухо своим дыханием. – Еще раз услышу «болван», накажу.
И блядские мурашки тут как тут, сучки мелкие всей толпой решили спрятаться у меня в трусах. Посмотрев на Макара, я вздернула бровь, стараясь вложить в свой взгляд все, что думаю по поводу его доминантских замашек, но так и не нашлась, что ему ответить.
С Макаром я вообще частенько теряла свое сучье красноречие, которое обычно било через край.
– Тебе никогда не говорили, что ты очень твердолобый?
– Обычно все от меня без ума.
– Твое окружение не очень разборчиво.
Когда я совсем этого не ожидала, Макар тыльной стороной ладони провел по моей щеке. Непроизвольно я подалась навстречу его руке, забыв, что надо держаться подальше. Пришлось одернуть себя и напомнить, не терять бдительность.
– Дай денег. Засуну ей в трусики."
"Макар усмехнулся и, достав деньги из кармана, шлепнул передо мной на стол пятитысячную купюру.
Зажав ее средним и указательным пальцами, я поманила девушку. Продолжая плавно двигаться, она направилась в мою сторону и, достигнув края сцены, присела и развела бедра в стороны, демонстрируя мне глубину своей эпиляции. Привстав, я дотянулась до ее, прости господи, трусов и засунула деньги под резинку. Подмигнув мне, девушка встала и призывно раскачивая бедрами, уплыла обратно к шесту.
