– У меня не было выбора, – пробормотала я, зарываясь лицом в гладкую черную шерсть.
Он вздрогнул всем телом, но не ушел, а как будто придвинулся ближе.
«Не говори Рэйману, что слышишь меня», – попросил пес.
– Не буду, но он может догадаться.
«И тогда не говори. Не хочу, чтобы он знал о том, что я говорю с тобой».
– Тебе нельзя ни с кем общаться? – спросила я.
«К счастью, такого приказа он не отдавал. Предполагается, что на этой земле нет тех, кто на это способен».
– Нашли что-нибудь? – задала я следующий вопрос.
«След обрывается, но общее направление ясно. Скорее всего, она в загородном имении Фирремов».
– Интересно, сильно ли ее ранили?
«Не знаю. Пойдешь к Рику?»
Сон как рукой сняло. Я вспомнила, что мальчишка ждет меня около конюшен. Пришлось вскакивать с постели и торопливо одеваться. Мне кажется, Тьен посмеивался про себя, когда наблюдал за моими потугами спросонья быстро застегнуть рубашку и кожаный жилет.
Наконец я закончила сборы, выплела заклинание невидимости третьего ранга и выскользнула в коридор.
В общежитии царила тишина. Была уже глубокая ночь. Так же бесшумно я вышла из замка и начала медленно пробираться в сторону конюшни. К счастью, по пути никого не встретила. Тьен обещал присмотреть за мной, но пес хорошо маскировался: его я не видела.
Мальчик ждал меня. Он сидел, привалившись спиной к стене конюшни, подтянув колени к груди, и мрачно смотрел в пустоту. Я окинула взглядом залатанную одежду и присела рядом.
– Кем ты был при жизни, Рик? – спросила я.
– Сметливым мальчиком на побегушках, – ответил он.
– Мой отец пропивал все деньги, которые зарабатывал, а затем умер. Лачуга моей матери – последняя с южного края Сонной улицы. Я брался за любую работу, чтобы помочь ей кормить пятерых моих братьев и сестер. И один из заказов привел меня в могилу.
– Поэтому ты не ушел в иной мир?
Рик мотнул головой:
– Нет. Денег им теперь надолго хватит, госпожа Гемхен вперед платила. Вот только заказ я не выполнил. И не могу уйти в иной мир, пока Люйлен Ли-Ин не получит шкатулку.
– Ты можешь мне помочь и приблизить наступление этого дня, – осторожно начала я.
Глаза мальчика загорелись:
– Все что угодно сделаю!
Пока мне требовалось от него немного. Объяснив пареньку задачу, я поднялась на ноги. Мы осторожно прокрались к учебному корпусу. Открыть дверь было делом техники. Рик остановился у порога в сомнениях. Заблудшим душам закрыт доступ в человеческое жилье. Именно поэтому послания для Гуасина он оставлял на поле.
