Правда, он все равно не смог поставить мне двойку. Я знала его предмет назубок и завела привычку просматривать учебник на пять-семь глав вперед, чтобы не дать учителю возможности себя унижать. Этим я, кажется, доводила его до белого каления. Причем ректору мужчина врал про мою неуспеваемость.
Обедал в академии не только наш курс, потому столовая гудела. Я сразу увидела Фирремов-младших. Брат и сестра сидели за столиком у стены и перешептывались, склонив головы. Винсент проследил за моим взглядом и остался невозмутим.
Моя идея ему не нравилась, но виду он не подал.
После обеда мы вышли в парк за академией, чтобы прогуляться. Я наивно посмотрела на Шона и попросила:
– Можно мы с Винсентом погуляем вдвоем?
Брат поспешно согласился, подхватил Ястера, и оба быстрым шагом направились прочь. Я с усмешкой сказала Вину:
– Кажется, эти двое не против, чтобы мы были вместе.
Винсент сорвал с древа листок и пожал плечами:
– Шоннерт не против того, чтобы я сошелся с Шияссой. В глубине души он надеется, что ее странная привязанность ко мне перейдет в нечто большее.
И что она сможет меня утешить.
Я покосилась на белые ленты, торчавшие из-под рукавов его рубашки, и спросила:
– Думаешь, не смогла бы?
– Думаю, нет, – серьезно ответил Вин, медленно отрывая кусочки от зеленого листа. – И Шияссы больше нет. А ты… Тебе, наверное, тоже есть кого оплакивать.
Я криво улыбнулась:
– Мой муж убил меня в той жизни. Уничтожил мое тело. Так что если я кого-то и оплакиваю, то это не Харуто.
Винсент изменился в лице и осторожно уточнил:
– А… Ты сказала, что тебе тридцать один. У вас были дети?
На мгновение я закрыла глаза и снова почувствовала, что земля уходит из-под ног. Но тут же дала себе мысленную оплеуху, тряхнула головой, отгоняя непрошеные воспоминания, и отвернулась. Винсент приблизился, начиная понимать, что ничего хорошего сейчас не услышит.
– Харуто убил их сам, – глухо сообщила я.
С этими словами я скрылась за кустами. Винсент, не говоря ни слова, последовал за мной.
Подловить Фирремов оказалось легче, чем я думала. Брат и сестра сами выбрали тот угол парка, где было меньше людей. Убедившись, что они идут в нужную сторону, мы с Винсентом встали под деревом чуть в стороне от тропы и приготовились ждать.
Вскоре из-за угла вывернули Фирремы. Я отчетливо произнесла:
– Передадим ему в субботу. Фирремы ничего не получат.
Я затылком чувствовала, как брат и сестра впились в меня взглядами.
