Два «да» подряд – это не очень многообещающе, но он хотя бы ответил.
Когда десять минут спустя он открывает дверь, поспешно натягивая на голую грудь футболку, меня пронзает та же трепетная страсть, что и во время нашего поцелуя, – она точно разряды электричества, взбирающиеся по позвоночнику. Мои губы помнят его губы. Моя кожа вибрирует от воспоминаний о его руках, скользящих вверх по моим ребрам. О боже. Это будет намного труднее, чем я ожидала.
– Привет, – говорю я, потому что мое сознание до сих пор на парковке у бара «У Малоуна».
– Привет. – Конор придерживает дверь и кивает, чтобы я вошла. Его соседи либо не дома, либо прячутся, пока он отводит меня наверх в свою спальню.
Мать твою. Я даже соскучилась по тому, как пахнет его комната. Его шампунем с запахом океана и одеколоном, который был на нем вечером во вторник.
– Тейлор, я хочу…
– Нет. – Я останавливаю его, вытягивая вперед руку, чтобы между нами оставалось пространство. Я не могу ясно мыслить, когда он так близко.
– Сначала я.
– Ну ладно. – Пожимая плечами, он садится на маленький диванчик, пока я собираюсь с духом."
"– Я хреново с тобой поступила, – с сожалением говорю я. – Прости. Ты был прав: мне было стыдно. Я не люблю внимание – и позитивное, и негативное. Поэтому, когда полный зал людей таращится на меня, – это худшее, что может со мной произойти. Ты начал исполнять тот дурацкий танец только потому, что подумал, что спасаешь меня от худшей участи, а я даже не поблагодарила тебя за попытку.
Это было несправедливо. А что касается… – почему-то мне кажется, что я не смогу произнести слово «поцелуй», не застонав, – того, что было на улице, то я просто запаниковала. Твоей вины в этом нет.
– Ну, если не считать того, что я начал давать тебе модные советы, – замечает он с самоуничижительной ухмылкой.
– Да, тут виноват только ты, идиот. Ты уж должен был понимать.
– Поверь мне, я знаю. Я уже получил взбучку от Деми и Саммер.
Это девушки моих друзей, – поясняет он, когда замечает мой озадаченный взгляд.
– Ты говорил с девушками своих друзей по поводу нашей ссоры? – Почему-то меня это трогает.
– Да. – Он очаровательно пожимает плечами. – Мне нужно было, чтобы кто-то сказал, где я облажался. По всей видимости, критика наряда – это преступление против женского пола.
Я фыркаю.
Конор поднимает руки в примирительном жесте.
– И я даже не это имел в виду.
