– Объясни конкретно.
– Боб нанял киллера-профессионала, чтобы меня убрать. Профессионала высшей пробы. И он уже в городе. При этом профессионал знает мое слабое место – знает, что это ты… Он прислал мне письмо, обещая прийти. И к тебе тоже обязательно наведается. Ему есть что спросить и с меня, и с тебя… Вопросы, я думаю, он заготовил уже много лет назад.
Тамара какое-то время молчала. Молчал и я. Наконец она спросила:
– Николаев?
– Да.
– Это самый худший для нас вариант. Он считает себя обманутым и мной, и тобой.
Хотя я все честно ему написала. Он хотел увидеться, я не согласилась. Тогда он просто уволился из армии и пропал. Мне потом уже Самохин сказал, что он стал киллером. При его подготовке из него получился очень сильный киллер. Ты сможешь ему что-то противопоставить?
– Смогу. У меня подготовка не хуже. Только у меня, как я сказал, есть слабое звено.
– Я?
– Ты… С использованием слабого звена меня легко заманить в ловушку.
– Откуда он может знать, где я в настоящий момент нахожусь?
– Я не в курсе его информированности, но знает он многое.
Знает, куда я каждый день еду с работы, и понимает, кого я здесь навещаю. И сегодняшний мой визит пожелал сорвать. Мне к днищу машины прикрепили магнитом пакет с кокаином, там было почти полкило порошка. А это в России стоит в районе трех миллионов рублей. Может быть, на копейки поменьше…
Глава третья
– Но как он про больницу-то мог узнать?
Ответить на этот вопрос конкретно я не сумел. Высказал только предположение:
– Думаю, часть информации ему передал Бобин, то есть заказчик, часть он сам собрал.
Как любой профессиональный разведчик, он знает, что ему может понадобиться, и умеет искать. В своем поиске Николаев, насколько мне известно из его военной истории, применяет нестандартные методы, к которым невозможно привыкнуть, и потому никто не знает, чего от него ждать. Я не думаю, что в послеармейской своей истории он поменял тактику."
"– Полкило кокаина… – прошептала Тамара, думая о своем.
– Но тебя же за это могли бы упрятать за решетку лет, пожалуй, на пятнадцать! Это автоматически значило бы, что ты при своем возрасте не выйдешь оттуда живым.
– Думаю, что могли бы, – не мог не согласиться я. – Только возраст здесь имеет малое значение. Я не вышел бы живым в силу своего характера, меня просто убили бы там. По большому счету, если бы камеры на здании ФСБ не сняли момент, когда кокаин подсунули, дело вполне могло этим и закончиться.
