Пока Джулиан наслаждался ее восхитительными губами, девушка взъерошила его гриву, и по спине побежали мурашки от удовольствия.
– Как бы ни было соблазнительно провести остаток ночи здесь, ужин ждет. Ты голодна?
– Да. И тебе нужно набраться сил.
– Нужно?
Лицо Натали покраснело от стыда.
– О боже, я про то, что хочу больше услышать о тебе и «Выше», а не про… другие… занятия.
Смеясь вместе с ней, Джулиан убрал ее руку от глаз и снова поцеловал, а вскоре они уже рисковали потеряться в этой ночи.
* * *Десять минут спустя, когда Натали вышла из ванной, он разогревал ужин на кухне.
Пожертвовав ей футболку, в которой обычно спал, Джулиан отыскал другую и легкие штаны. «Так банально», – подумал он, но при виде девушки в одних только трусиках и футболке, под которой угадывались очертания груди…
– Тебе придется оставаться с той стороны стойки, – заявил он. – Если подойдешь ближе, вся такая нежная и сексуальная, я попросту сожгу ужин. Или себя. Или и то, и другое.
Девушка устроилась на барном стуле, и ее щеки покрыл очаровательный румянец.
– Никто раньше не называл меня сексуальной.
– Значит, они все сумасшедшие, – произнес Джулиан, и она рассмеялась. Ему нравилось вызывать у Натали смех, видеть ее улыбку. И пусть она часто смеялась, но где-то в глубине глаз пряталась боль, которую девушка пока не отпускала. «Со временем все получится, – подумал он. – Нужно просто любить ее и быть рядом, чтобы, когда она будет готова, дать ей почувствовать, что в этом нет ничего страшного».
– Для меня сегодня столько всего было впервые, – проговорила она, опустив взгляд. – Многое из этого я раньше не делала. Уверена, ты это заметил.
Джулиан помешал разогреваемый суп и улыбнулся ей.
– Многое и я раньше не делал.
Натали вскинула бровь.
– Ты понял, о чем я. Боюсь показаться тебе неловкой или… не знаю.
Молодой человек удивился тому, насколько, несмотря на застенчивость, она честна и прямолинейна. «Облегчу ей задачу, – решил он, а потом добавил: – Я все для нее сделаю».
– До тебя у меня было пять женщин, – признался он, наливая им по бокалу вина. – В девятнадцать я жил один в Нью-Йорке… это случилось после выхода «Выше», когда я начал зарабатывать. Я завел странные, непостоянные отношения с художницей. С ней мне не приходилось беспокоиться о своей тайне, потому что нас обоих интересовал только секс, если честно. Это оказались скорее отношения ради практики, а если совсем честно, ради забавы.
