Их общение подошло к концу не когда парень вышел за дверь, а когда они обменялись телефонными номерами. А потом было свидание. Темно-красное платье Натали закручивалось вокруг колен, когда в темноте маленького клуба они с Джулианом танцевали свинг, ее любимый танец.
Она игриво улыбалась парню поверх коктейля, и тут внезапно зазвонил телефон, вырывая девушку из мира грез. Сработал автоответчик, и на нее хлынул поток претензий от Либерти Честейн.
– Нат, это Либ. Ты же в курсе, что я думаю по поводу твоего древнего автоответчика.
Я слышу эхо своего голоса и злюсь, что не вижу собеседника. Конечно, возможно, что ты еще на работе, но скорее всего, уткнулась носом в очередную книгу и не отвлечешься, чтобы поговорить с живым человеком. Ну и ладно. Сегодня вторник, так что разрешаю. Но завтра у меня шоу в «Кайри», и ты должна прийти, потому что не посещала мои выступления уже целую вечность. А еще я соскучилась по тебе, глупышка, понятно? Я знаю, в среду у тебя выходной, поэтому не нужно мне вешать лапшу на уши про то, что ты работаешь.
Принарядись, и жду тебя к девяти. Придет Маршалл, потому что он понимает истинное значение дружбы. Если ты не явишься, я сочту себя брошенной и утону в слезах. Ты все поняла? Увидимся. Чмоки-чмоки."
"Натали задернула шторы и опустилась на потертый диван. Она планировала провести завтрашний день, заканчивая курсовую работу в университете. А еще с нетерпением ждала возможности устроиться «с очередной книгой» в качестве награды за завершение летнего семестра.
Остался всего лишь год, и Натали получит диплом бухгалтера – подвиг, свершить который она даже не мечтала, учитывая обстоятельства.
Натали включила лампу рядом с диваном и открыла старый телефон-раскладушку, чтобы позвонить Либерти. А потом с облегчением вздохнула, когда включилась голосовая почта.
– Либ? Это Нат, я приду. Ни за что не пропущу.
Она завершила звонок, радуясь, что удалось избежать разговора. Самолюбие Натали продолжало страдать из-за неудачной попытки пообщаться с Джулианом Ковачем.
К тому же порой ей не хотелось болтать, а такие экстраверты-актеры, как Либерти, этого просто не понимали. Неожиданно в голове Натали раздался голос, очень похожий на голос ее общительной подруги: «Может, если бы ты больше практиковалась, то произвела бы лучшее впечатление на Джулиана».
Отбросив эту мысль, девушка обратила взор на кофейный столик, на котором лежал «Обыкновенный вор» Рафаэля Мелендеса Мендона, так и маня ее.
