Дэвид еще раз посмотрел на консоль системы безопасности и даже оглянулся через плечо, как будто Джулиан мог материализоваться за его спиной, словно привидение. К горлу подкатила желчь, а на лбу выступил пот. Легче не становилось. Пальцы дрожали от нежелания, но он достал телефон, включил банковское приложение и навел камеру на чек.
– Как по волшебству, – горько заметил он.
Шестьдесят три тысячи долларов, о которых Джулиан не знал, теперь оказались в сохранности на депозите, о котором он тоже не знал.
Вместо того чтобы спрятать чек вместе с другими финансовыми документами в шкаф рядом со столом, Дэвид убрал его во внутренний карман, чтобы отнести в собственную квартиру.
А затем, как и всегда, Дэвид прошептал «прости» компьютеру и быстро вышел из всех аккаунтов.
Задание оказалось наполовину выполнено. Вторая его часть была хуже первой, но все банки уже закрылись. С доставкой придется подождать до завтра.
Дэвид сделал глубокий вдох и провел обеими руками по растрепанным каштановым волосам.
Тишина в пустой квартире начала давить на него. И пусть Джулиана здесь не было, но все же его присутствие ощущалось. Сам воздух казался наполненным его ароматом: мыла и пара из душа, чистой дорогой одежды, его одеколона… Дэвид практически чувствовал, каким путем парень прошел по дому чуть раньше. На кухне было холодно, но Дэвид уловил запах кофе, яиц и чоризо[16] над столиком, пусть тот и постепенно растворялся. Джулиан был повсюду. Однако Дэвиду требовалось больше.
В этот раз желание вспыхнуло сильнее, удивив его. Воровство причиняло боль, и потому его преданность Джулиану воспрянула, чтобы утолить чувство вины, убедить совесть, что все это Дэвид делает из любви. Не так часто он утолял свой голод. «Но сегодня же Рождество, – напомнил Дэвид себе. – Пусть это будет мне подарком».
Он достал метелочку для пыли из шкафчика на кухне на тот случай, если Джулиан вернется домой и застанет его врасплох. Хотя это была бы слабая отговорка и едва ли нужная.
Доверие Джулиана служило лучшей защитой.
Дэвид побрел в заднюю часть квартиры, проходя метелкой для пыли по поверхностям, пока не добрался до спальни Джулиана. Там он ахнул. Джулиан был аккуратным, но не помешанным на порядке: кровать заправил, но полотенце после утреннего душа лежало на одеяле, словно подарок возлюбленной.
«Для меня. Побереги его», – подумал он, тяжело сглатывая, и продолжил делать все, как обычно.
Сначала ванная.
