А потом уже серьезно: – Ты правда, что ли, вспоминаешь это прямо сейчас? Прекрати!
Закрываю ладонями ему глаза, будто это способно остановить трансляцию из прошлого. Подвисаю, когда Бойка высовывает язык, как-то пошло облизывается и снова во весь рот ухмыляется.
– Я таким дебилом был, – стебет сам себя. – Надо было тебя еще тогда завалить. На той чертовой крыше.
– Так я тебе и дала бы…
Убирая мои руки с глаз, смотрит так, что меня изнутри скручивает.
– А что, не дала бы?
– Еще и удивляешься?!
Как всегда быстро сориентировавшись, меняет тактику.
– А если бы я был нежным? – шепчет вкрадчиво, касаясь губами мочки моего уха. – Если бы я признал, что ты, охуеть, богиня, киса?.. Если бы сказал, что уже вмазан до смерти?.. Если бы трогал тебя вот так?..
Мой стон перекрывает его голос. И дело не в том, каких участков тела он касается. А в том, как именно Бойка это делает. Чувственно и нежно. Меня пробивает до дрожи. Сотрясаюсь выразительно, словно под воздействие электрического напряжения попадаю.
– Варя?
Сталкиваясь затуманенными взглядами, с хриплыми двусторонними вздохами замираем.
– Я тебя люблю, – выговаривает крайне четко и очень серьезно. – Ты моя жена. Моя. Родная.
Я… Вдруг порываюсь заплакать. Так сильно колотит от избытка эмоций, что это кажется единственным выходом.
– Что не так? – тут же спрашивает Кир.
Я быстро обвиваю его руками. Прижимаюсь, обхватывая еще и ногами.
– Все так, родной. Все так.
Бойка не двигается.
Вероятно, и о своей одержимой потребности в сексе забывает. А мне, едва перевожу дыхание и немного успокаиваюсь, хочется выдать максимум ласки.
Потому что он, как никто другой, заслуживает. Потому что, уверена, как никто ее ценит. И просто потому что люблю его до безумия.
Трогаю его сама. Крепкие бедра, твердый пресс... Стягиваю штаны и обхватываю член. Осторожно двигаю рукой.
Бойка стонет.
Этот грубый, чисто мужской звук воспламеняет все мои нервные окончания. Знаю, что, несмотря на присущую Бойке потребность доминировать, бомбит его тотально, когда я выступаю инициатором.
А мне нравятся его реакции. Дрожу вместе с ним.
Общим порывом возобновляем зрительный контакт. Очень близко. Лоб ко лбу, раздражая кожу трением.
Я ничего не планирую. Да и вряд ли смогла бы подобное спланировать. В какой-то момент просто читаю в его расширенных зрачках необъяснимый, всепоглощающий, подавляющий призыв… И соскальзываю со стиралки на пол.
