Лили глубоко вздохнула и потянулась за серебряным колокольчиком, который горничная оставила у кровати. Она коротко позвонила — и спустя некоторое время дверь открылась и вошла одна из молодых служанок, что помогала ей накануне. Пенелопа, вспомнила Лили ее имя.
— Доброе утро, мисс.
Рыжеволосая девушка сделала очень вежливый реверанс.
— Доброе утро, Пенелопа.
— Просто Пенни, мисс.
— Хорошо, пусть будет Пенни. Ты не поможешь мне одеться? Я еще чувствую небольшую слабость."
"— Конечно, мисс. Ваши вещи доставили.
Я скажу, чтобы их принесли, а пока подам вам чай и бисквиты.
— Спасибо, это было бы чудесно.
Не прошло и часа, как Лили оделась и приготовилась начать свой день. Спускаясь по лестнице, она держалась за перила, на тот случай если у нее вдруг снова закружится голова. Первым делом Лили хотелось увидеть герцога, чтобы поблагодарить за все.
Этим утром она выглядела намного лучше: на ней было, платье простого покроя, перешитое из наряда Джослин, — бархат теплого терракотового тона, украшенный кремовым кружевом, освежал ее лицо.
Горничная уложила ей волосы в тугой пучок на затылке, и она даже немного пощипала себе щеки, чтобы выглядеть не такой бледной.
Внизу лестницы Лили встретила дворецкого: худого старого мужчину с водянисто-голубыми глазами.
— Извините, что я вас беспокою. Мистер?..
— Гривз, — отозвался тот, осматривая ее с головы до ног. — Могу я чем-то вам помочь, мисс Моран?
— Я ищу его светлость. Вы не узнаете, когда ему было бы удобно немного со мной поговорить?
— Я справлюсь, мисс.
Если вы будете любезны последовать за мной, то сможете подождать его в синей гостиной.
— Спасибо.
Гривз провел Лили в комнату, выходившую в холл и когда-то считавшуюся элегантной. Высокие потолки гостиной украшала лепнина, стены были выкрашены в голубой цвет, а на окнах висели шторы из плотного темно-синего бархата. Пол устилал персидский ковер с густо синими турецкими огурцами по темно-зеленому и малиновому фону. И мебель, и ковер были не новыми, но еще вполне приличными и безупречно чистыми.
Лили села на обитую синим бархатом кушетку и стала ждать герцога. Ей не терпелось узнать, действительно ли он настолько красив, как ей запомнилось.
Впрочем, она даже не была уверена в том, что герцог вообще станет с ней говорить, после того как узнал, что она почти прислуга.
Лили посмотрела на позолоченные каминные часы. Казалось, их стрелки совсем не двигались. Наконец в гостиную вошел герцог, и у Лили перехватило дыхание.
