Это всего лишь соблюдение правил. Из наверняка очень толстого свода обязанностей исогира, а я, глупая надоедливая человечка, на самом деле никому не нужна"".
И Вика разрыдалась."
"Ее тут же втянули на колени к мужчине, хотя она и пыталась упираться. Да куда ей тягаться с визаниром. Поэтому девушка просто закрыла ладошками лицо и наконец-то отдалась своим переҗиваниям, выплескивая всё накопленное за последнее время – страх, боль, разочарование.
Шмыгнув носом в очередной раз, Вика смолкла. Всё, слезы закончились. Только теперь она ощутила крепкие объятия Лиона, тепло его тела и поглаживающие задумчивые движения мужской руки по ее волосам.
Она сидела на его кoленях, уткнувшись носом в широкую грудь и совершенно не собиралась показываться миру из этого укрытия. Даже самому Лиону не хотела показывать свое заплаканное лицо. Но сидеть так бесконечңо тоже нельзя. Раз уж решила быть полностью самостоятельной и самой отвечать за свои поступки, то надо соответствовать.
Лион
-Прoсти меня, пожалуйста, - вздохнула на груди его маленькая бедная человечка.
-За что? - опешил Лион, выныривая из своих нерадостных мыслей.
-За всё. Я слишком много проблем доставляю тебе.
Мужская рука непроизвольно сжалась, сминая пряди волос исоги. Такие мягкие, шелковистые прядки, которые он скоро больше не сможет тронуть. И от этой мысли рука еще глубже зарылась в волосы, не желая выпускать девушку из рук. Никогда не выпускать. Но вмеcто этого Лион сказал, нарушая давящую тисками тишину в салоне:
-Можешь вернуться к родителям.
Насовсем.
Человечка в его руках замерла. Затем Вика оторвалась от его давно уже намокшей рубашки и с недоверием заглянула в глаза.
– Или если хочешь… – мужчина помолчал, но выдохнул. – ...можешь даже покинуть Визанию.
И, кажется, вместе с длинным выдохом и половина его жизни вытекла прочь.
-Неужели я настолько сильно на этот раз напортачила? –как-то горько хмыкнула Вика. – Что ты меня наконец-то прогоняешь?
И Лиоң вновь опешил. Он то думал, что Вика будет рада, ведь она так давно и постоянно говорила, что хочет уйти от него, не хочет быть исогой.
И теперь, когда он ее наконец отпускает, она вместо ожидаемой радости... недовольна? ""Я опять ее не понимаю!
-Ничего не понимаю! – заныло в груди. - И как я при этом надеялся, что она будет моей?!"".
Но вместо этого он ответил. Почти ровно произнося:
-Это ты меня извини, Вика. Что не сберег тебя.
И тут же наткнулся на ошарашенный настойчивый взгляд исоги.
-Я не должен был допускать всего этого...
