Я рассказала про Ладью, Тату, Элеонору Викторовну и её новаторский подход, про чудаковатого историка и даже про бойкот. Отец внимательно слушал, задавал вопросы или смеялся, подстёгивая меня рассказывать всё больше и больше. Ещё немного, и я даже про пари и договор с Жегловым выболтала бы."
"– Да, пап, – наконец я вспомнила причину, из-за которой, собственно, и звонила, – у меня на выходных соревнования. Уезжаем завтра. Сможешь меня на поезд проводить?
Я затаила дыхание в ожидании его ответа.
– А мама? – Его голос вмиг стал напряжённым.
– У неё встреча с заказчиком, не может перенести.
– Во сколько нужно быть?
– Поезд в десять тридцать. Сбор на вокзале в десять.
– Хорошо. Буду у тебя в девять пятнадцать.
После разговора с отцом у меня точно камень с души упал, один уж точно. Потому и спалось сладко, хоть и без снов.
Утром мама разбудила меня как ни в чём не бывало, заботливо приготовила завтрак и раз пять спросила, всё ли я собрала в дорогу.
– Мам, прости, что я не сказала тебе про папу, – жуя бутерброд с тунцом, сказала я.
На что она лишь отмахнулась:
– Так даже лучше, не с чужим же человеком тебя отпускаю.
– Кстати, а почему ты ещё не на работе? – с удивлением спросила я, увидев, что на часах почти девять утра.
– Договорилась, что на встречу поеду из дома. Отправлю тебя на вокзал и сразу на работу. Кушай, мне собираться надо.
Я кивнула и вернулась к завтраку.
Через пятнадцать минут мама предстала передо мной в образе стильной офисной леди: насыщенно-винная хлопковая блузка с широкими рукавами была заправлена в чёрную юбку-карандаш с высокой талией и длиной чуть ниже колен.
Классические лодочки на шпильке делали её ноги ещё стройнее. Я всегда считала маму очень красивой. Для своего возраста (в ноябре ей исполнится сорок один) она выглядела очень молодо, больше тридцати ей не давали. Но если узнавали, что у неё есть семнадцатилетняя дочь, соглашались добавить до тридцати пяти. Я всегда восхищалась её изящной фигурой и густыми прямыми волосами цвета холодного каштана (ну почему я блондинка?).
Сегодня она убрала их в низкий узел, открыв высокие скулы и длинную шею. Макияж – натуральный, помада под цвет блузки была единственным ярким пятном. Завершал образ плащ без пуговиц с широким кожаным ремнём. Я даже рот открыла от изумления, когда она вышла в коридор «при полном параде». Если заказчик мужчина, то ему очень тяжело будет оставаться сосредоточенным, чтобы не упустить все детали контракта.
