– Ты в курсе, – перешел я с ним на «ты», хватит в вежливость баловаться, раз он сам так хамит, – что твои люди убили егеря моей охраны?
– В газете читал, – ответил он.
Вот как, вечерние газеты оказывается уже вышли. Что-то рановато сегодня.
– А знаешь, кого именно они убили?
– Не знаю. И откровенно знать не хочу, – скрестил он руки на груди, отчего его запонки красиво заиграли отраженным от светильников свете.
– А зря. Убили они рецкого горца. Учитывая сколько в городе рецких стрелков и егерей сейчас, то Ночная гильдия может нарваться на вендетту по всем правилам.
– Каким это правилам? – фыркнул он.
– Вырежут всех. До седьмого колена. – сказал я с серьезной мордой.
– Кто же такое допустит в Будвице? – спросил он с хорошо скрываемым испугом.
Слава о рецких горцах далеко бежит. И чем дальше, тем она страшнее рассказывается. Вот что значит пятьсот лет подряд в боях пленных не брать.
– Ты забыл, как называется королевская комиссия? Так я напомню. Чрезвычайная. И она вправе отдать приказ о чрезвычайных мерах.
Террористический акт, который сотворили твои подопечные вполне подходит под определение «пособничество врагу» в военное время. Фронт, между прочим, всего в трех часах езды на паровозе отсюда.
Посмотрел на его ошарашенное холеное лицо и усмехнулся.
– Но лично я могу горцев и остановить… как их вождь. Если мне головой выдадут Лося живого и способного членораздельно разговаривать и с ним заказчика ночного теракта. Остальные лично мне не интересны.
При этом я делал сознательные ударения на слово «лично».
– У вас ничего не получится, – уверенно высказал он, придя в себя. – Это мой город."
"– Еще как получится, – уверенно посмотрел я ему в глаза. – Только тогда каждого кто попадется с характерной татуировкой на запястье, будем ставить к ближайшей стенке и незамедлительно расстреливать. ЧК просто объявит Ночную гильдию вне закона. Тогда не только кровники из горцев, а каждая вами крышуемая проститутка сможет убивать вас безнаказанно, только чтобы не отдавать вам половину своего заработка.
И ей ничего за это не будет. Потому что вы станете вне закона вообще. Любого закона. А из города не выйти – он окружен войсками.
Обрисовав эти не радужные для него перспективы, я вынул из планшета и положил на стол постановление «Чрезвычайной королевской комиссии по борьбе с саботажем и пособничеством врагу», в котором были все семь настоящих подписей комиссаров и нужные печати. Но не было даты.
Принесли кофе. Я к нему не притронулся, а Крон свой выпил залпом.
