И отправили на экипаже ефрейтора по указанному сторожем адресу с приказом доставить этого чертова изобретателя на место, буде он даже с бабой спит.
– А для чего эта вышка посередине поля, господин капитан – лейтенант? – решил я скрасить ожидание беседой, а заодно хоть как-то залегендировать мои послезнания о дирижаблях.
– Понимаешь, Савва, – с удовольствием начал свои пояснения моряк, выпустив клубы сладковатого дыма ароматизированного медом табака, – воздухоплавательные аппараты легче воздуха легко мотает сильным ветром, когда они на привязи.
Так что приходится ставить такие мачты для их причаливания, вокруг которых они могут свободно вращаться как флюгер…
Импровизированная лекция продолжалась больше получаса, и я почерпнул из нее много чего для себя нового, такого чего не было в тех книгах, которые я читал «в прошлой жизни». Видимо авторы этих книг посчитали такие сведения излишней «полировкой заклепок», не интересной массовому читателю. Да и рассказчик каплей был очень хорошим.
И я с сожалением встретил глазами коляску, которая привезла к ангару ожидаемого изобретателя – всклоченного язвительного человека среднего возраста по фамилии Гурвинек.
Ангар был огромным, но скелет дирижабля стоящий в нем казался еще больше. Он очень похож был на скелет кита, выброшенного на сушу.
– Сами видите… – довольно злобно проводил для нас изобретатель экскурсию по останкам своего детища. – Аппарат в семидесяти пяти процентной готовности. Осталось только сделать раздельные баллонеты для газа и оболочку.
И можно взлетать. Хотя я бы предпочел еще новую компактную паровую машину. Она на треть меньше весит и мощность ее больше. Машину Айбаха, к примеру, которую он показывал в прошлом году на имперской сельскохозяйственной выставке.
– Машину для парового трактора? – уточнил Вахрумка.
– Да… ее. Это же не дефицит. А облетать готовый аппарат можно и на той машине, что стоит у меня.
Я постучал ногтем по кольцевой ферме.
– Алюминий?
– Нет.
Алюминиевая бронза, – ответил мне создатель этого монстра. – Алюминий слишком мягок чтобы держать такую конструкцию без деформации. Но алюминиевая бронза также не без недостатков. В отличие от чистого алюминия она коррозирует и требуется анодировка всех деталей. Любое другое покрытие, к примеру, пропитанная лаком перкаль, ведет к увеличению веса аппарата.
Вообще вид у мастера Гурвинека какой-то всклоченный. Он весь как дикобраз ощетинившийся иголками.
