Заодно ветер будто пытался выбить меня из седла, но я держалась крепко, и мне уже было не так страшно.
Наоборот, казалось, что каждый взмах мощных драконьих крыльев добавляет мне жизни. И еще – что не жила я до этого… Без всего этого!
Без неба, солнца и порывов ветра.
Но подобное понимание пришло не сразу.
Сперва я пыталась заставить себя не трястись и перестать панически прислушиваться к каждому движению дракона. Уговорила себя доверять Лахору, а заодно довериться принцу Эрвальду.
Правда, теперь нас вел Райар – направлялся куда-то прочь от города.
Эрвальд немного отстал и летел рядом со мной, не спуская внимательного взгляда.
Сторожил? Возможно.
Ну что же, пусть сторожит!
И вот тогда-то, как он и советовал, я взглянула со стороны на собственный страх, из-за которого съеживалась каждый раз при мысли о полете.
Эрвальд оказался прав – глаза у моего страха оказались в цвет неба и с запахом морского бриза. И еще – он вовсе не был таким уж страшным. Так, лишь темная туча, иногда набегавшая на солнце, а теперь рассеявшаяся под порывами теплого ветра.
Потому что это оказалось так восхитительно – летать!
Мы сделали круг над городом, затем наши драконы повернули к морю. На огромной скорости они понеслись над лазоревой водной гладью, подернутой легкой рябью волн, и я с трудом удержалась от ликующего крика.
Потому что это было нечто совершенно чудесное!
Затем драконы затеяли игры.
Нет, не Лахор. Старый дракон деловито махал крыльями, зато сопровождающие нас – те, что помоложе, – принялись носиться как угорелые, ловя друг дружку, уворачиваясь и время от времени срываясь в крутое пике.
Наконец, по сигналу принца игрища прекратились, и мы повернули к городу.
– Для первого раза лучше не могло и быть, – произнес Эрвальд одобрительно, но уже после того, как мы приземлились на ипподроме.
Хасторский принц на Мангуле сделал это первым, за ним на посадку зашли мы с Лахором, а потом уже остальные.
Эрвальд ловко спрыгнул на землю и подошел к нам.
– А ты молодчина, дружище! – добавил он и потрепал старого дракона по голове. – Вполне сгодишься для соревнований. Задашь жару любому!
На это Лахор буквально раздулся от похвалы. Довольный, он застучал шипастым хвостом по траве, и его спина заходила ходуном.
В это время, как назло, я засобиралась выбираться из седла. Поднялась на ноги, но тут Лахор принялся изображать из себя павлина, поэтому я не удержала равновесие и свалилась с его спины.
