– Я не сдвинусь с места, пока ты этого не сделаешь!
– У нас нет на это времени! Сейчас Райар придет в себя, а Гернон очнется…
– Аньез! – Джей навалился на меня, схватил за плечи. – Немедленно открой эту проклятую дверь! Я тебе приказываю! Ты должна это сделать!
– Но внутри нет никакого артефакта! – едва не плача, сказала ему. – Джей, я это знаю, потому что Тэрис мне показал! Там всего лишь записи…
Но Джей выглядел совсем уж невменяемым. Покачал головой, затем перебил меня:
– Мы никуда отсюда не уйдем, пока ты не откроешь дверь! Сейчас же, Аньез!
И я его послушала.
Вышла из темницы, тогда как Джей принялся затаскивать Райара в камеру, а затем закрывать ее на ключ. Я же остановилась рядом с огромной каменной дверью, испещренной следами некромантских заклинаний, потому что и ко мне вернулась магия.
Не в полной мере, но я ощущала ее потоки, когда смотрела на кусок скалы, освещенной несколькими факелами.
– Алерон я уже пробовал, – раздался за спиной голос Джея. – Не подошло, как и другие мои варианты.
Заклинаниями тоже не пробиться. Тогда я отыскал потайной механизм и открыл первую дверь. Но после этого магия исчезла, и я попал под отравляющий газ. Кстати, следующая дверь целиком из мегелита.
– Джей!.. – вновь начала я, внезапно почувствовав, что по лицу текут слезы и попадают в рот.
– Просто открой эту проклятую дверь! – приказал он.
Я хотела сказать, что если он меня любит, то ему стоит мне доверять – и еще бежать отсюда как можно скорее!
Потому что он едва стоял на ногах – вот, привалился к стене, чтобы удержать равновесие, а ведь нам нужно действовать быстро.
В замке полным-полно вооруженных людей. Гернон уже скоро приведет подмогу, а я со своей ножкой от стула и скудной магией ничего против них не сделаю.
Да и Джей вряд ли сможет.
– Выбирай: либо я, либо артефакт, – произнесла я, поразившись собственному бесстрашию.
Потому что знала, каков будет его ответ.
– Открой эту дверь, Аньез! Об остальном поговорим позже, – вновь приказал мне Джей, и я кивнула.
Ну что же, я не ошиблась.
Он сделал свой выбор, и тот оказался не в мою пользу.
– Ли-ри-лен! – воскликнула я по слогам, вспомнив имя той, которую любили и ее отец, Джеймс Офин, и сам Густав Тэрис.
Но им не суждено было быть вместе – их разлучил проклятый артефакт.
Именно ее имя, умирая, и прошептал Тэрис. Именно ее именем, наслушавшись лживых речей Кеттеров, он лично запечатал это хранилище, приготовленное совсем для другой цели.
