Райар видел их на стадионе и запомнил его лицо, а теперь, оказалось, именно этот маг обманом проник в его замок и пытался похитить тайну Ордена!
На двери хранилища все еще оставались следы взлома – Райар внимательно их осмотрел. Прикоснулся к черным пятнам и выщерблинам, оставленным некромантским пламенем, которым маг пытался прорубить себе дорогу в камне.
Но у того ничего не вышло. Он много раз бил по двери, меняя заклинания, затем стал действовать умнее.
Райар знал, где находился спрятанный в скале рычаг. Ну что же, враг тоже его отыскал, после чего активировал хитроумный механизм, открывавший двери.
Виллар, вспомнил Райар.
Джей Виллар – так звали куратора команды.
Возможно, Аньез искала именно его, а вовсе не бежала от Эрвальда, как он решил, потому что за обедом девушка не сказала ему всей правды. Райар внимательно за ней наблюдал; видел по ее отстраненному лицу, что мысль о будущей свадьбе с кронпринцем не слишком-то ее занимала.
Словно Аньез было все равно. Да, именно так – все равно!
Но Райар тоже не был с ней откровенен.
Не признался в том, что собирался убить ее куратора.
Итак, тому удалось открыть первую дверь. Но к парализующему газу, выпущенному из пазух второй двери, готов он не был. Возможно, успел бы защититься, отгородиться заклинанием от ловушки, но за открывшейся дверью находилась еще одна, с вкраплениями мегелита.
Виллар моментально лишился магии, после чего, отравленный, упал и лежал у входа в хранилище, где его и нашел Гернон. Сковал тому руки браслетами, затем кинул в темницу.
Впрочем, мегелит в браслетах особо был и не нужен – в темнице магия тоже отсутствовала.
И вот теперь Райар смотрел на своего пленника. Прислонившись к стене, тот тоже глядел на него, и Райару казалось, что на лице куратора Академии Изиля застыло насмешливое выражение.
Но в полумраке было и не разглядеть.
Оно и к лучшему, решил он. То, что не разглядеть!
– Да умрет тот, кто посмел позариться на то, что ему не принадлежит, – процитировал Райар слова устава Ордена.
– Вообще-то, мне как раз и принадлежит, – со смешком отозвался Виллар. – А вовсе не тебе, Кеттер! Потому что я – единственный прямой потомок Джеймса Офина и имею полное право взять то, что хранится за этой дверью.
Райар поморщился, потому что он понятия не имел, что именно находилось в хранилище. Про Джеймса Офина он, конечно же, слышал – это проклятое имя знал каждый школьник Хастора, но Райар никогда не соотносил его с делами и сокровищем своего Ордена.
