Но начать никак не выходит. Видимо, не только я, но он тоже меня рассматривал, потому что неожиданно приподнимает в улыбке края губ.
— Симпатичная пижама. Розовые и зеленые сердечки? Узнаю мисс Улыбку. Только ты могла проехать в такой через половину Сэндфилд-Рока.
— Что? — я смотрю вниз на свою штаны, стянутые на талии и на щиколотках тонкой резинкой, и улыбаюсь парню в ответ. — Ну, я неожиданно решила к тебе приехать, так что не успела надеть вечернее платье. Вообще-то, я уже почти спала, когда мне с голову пришла эта замечательная идея.
— Я так и понял. И что же тебя на нее сподвигло?
— Я вдруг вспомнила, что в прошлую субботу ты забыл мне кое о чем сказать, мистер Совершенство, и теперь приехала, чтобы это услышать.
Глава 20
Не знаю, догадывается ли он, о чем я говорю или нет, но внимательно следит за мной, не упуская из внимания ни одно мое движение. Отступив дальше по комнате, я оказываюсь у стены с фотографиями и с новым интересом их рассматриваю, собираясь начать с того, о чем уже догадалась.
— Скажи, Мэтью, это ведь тебя я обыграла в аэрохоккей на той далекой летней ярмарке, когда выиграла конкурс улыбок? Поэтому ты меня и запомнил?.. Мы с отцом тогда только что приехали в Сэндфилд-Рок и все вокруг казалось таким незнакомым. Особенно люди. Но не для тебя. Тогда я верила, что способна обыграть кого угодно, а теперь понимаю, как ошибалась. Мальчишки терпеть не могут проигрывать, особенно девчонкам. И ты никогда бы мне не проиграл, если бы не захотел.
— Я не люблю проигрывать, это правда.
Но всегда бывают исключения.
— Тогда почему? Что такого исключительного было в нашей игре?
— Ты.
Такой простой ответ, а сердце в груди вдруг делает кульбит и пропускает удар. Я отворачиваюсь от фотографии двенадцатилетнего мальчишки и смотрю на взрослого Мэтью. В его темные глаза цвета горячей карамели, которые сейчас удивительно серьезны со мной. И так же честны, как его ровный негромкий голос:
— Сначала мне было интересно. Ты не была похожа на знакомых мне девчонок.
Храбро вызвалась играть со мной и все время мне улыбалась, хотя не могла знать, кто я.
— А потом?
— А потом… я не смог тебя огорчить, Эшли. Мой выигрыш того не стоил. Ты права, я действительно тебя запомнил.
Мои щеки вспыхивают от этого признания, и я отвожу взгляд к рядом стоящему шкафу. Аккуратно пробегаюсь пальцами по корешкам книг. На средней полке среди прочей мелочи лежат старые на вид игральные кости, и я с интересом беру их в руку.
